08 Dec 2016 Thu 17:04 - Москва Торонто - 08 Dec 2016 Thu 10:04   

Генерал-полковник А. Шахурин в те времена был Наркомом авиационной промышленности. Предшественник Шахурина - М. Каганович - был снят и застрелился, не дожидаясь последствий снятия. Шахурин занял пост Кагановича. И вот он обедает у Сталина. Январь 1941 года. Сталинский обед - это очень поздний ужин. Слуги накрыли стол, поставили все блюда и больше в комнату не входят. Разговор деловой. О выпуске самолетов. Графики выпуска самолетов утверждены. Шахурин знает, что авиационная промышленность выпустит запланированное количество новейших самолетов. Потому спокоен. Но Сталину мало того, что запланировано к выпуску и что им самим утверждено. Нужно больше. И тогда:

"Сталин, взяв лист бумаги, начал писать: "Обязательство (заголовок подчеркнул). Мы, Шахурин, Дементьев, Воронин, Баландин, Кузнецов, Хруничев (мои заместители), настоящим обязуемся довести ежедневный выпуск новых боевых самолетов в июне 1941 года до 50 самолетов в сутки". "Можете, - говорит, - подписать такой документ?" "Вы написали не одну мою фамилию, - отвечаю, - и это правильно, у нас работает большой коллектив. Разрешите обсудить и завтра дать ответ". "Хорошо", - сказал Сталин. Обязательство было взято нами и выполнено. Сталин ежедневно занимался нашей работой, и ни один срыв в графике не проходил мимо него". ("Вопросы истории", 1974, N 2. с. 95).

Сталин сделал петлю, а руководители авиационной промышленности должны были сталинскую петлю сами одеть на свои шеи.

Подписано обязательство наркомом и заместителями, теперь можем представить, как они воспользуются своими диктаторскими полномочиями против директоров авиационных заводов. А директора - своими диктаторскими полномочиями против начальников цехов и производств. А они... И так до самого мастера в промасленном халате. Кстати, минимум один из сталинского списка - Василий Петрович Баландин, заместитель наркома по двигателям - в начале июня 1941 года сел. Красив русский язык - зэк Баландин. Его подельников расстреляли. Баландину повезло: в июле его выпустили. Авиаконструктор Яковлев описывает возвращение: "Василий Петрович Баландин, осунувшийся, остриженный наголо, уже занял свой кабинет в Наркомате и продолжал работу, как будто с ним ничего не случилось..." (Цель жизни. С. 227).

Нам остается выяснить, когда мобилизационная гонка в промышленности началась и чем могла закончиться.

Понятно, решения принимались в недрах сталинских дач. Но принятые тайно решения объявлялись, пусть и не полностью, пусть иносказательно. Принятые решения осуществлялись всей страной, на глазах всего мира. Это как в армии: солдат не знает, что и когда решило начальство, но траншею рыть ему. И совсем не важно, кто решение принял, до солдата его доведут и исполнение проверят. И если мы не знаем, какие и когда принимал Сталин решения, мы можем видеть их выполнение. Решения всегда исходили якобы не от Сталина, а от делегатов съезда партии, от Верховного Совета, от представителей трудящихся. (Указ от 26 июня 1940 года принимался и "по инициативе профсоюзов"). И наркомы писали обязательства от собственного имени: "Мы, Шахурин, Дементьев, Воронин, Баландин..." Правда, писали сталинским почерком, а подписывались собственноручно.

Предвестником мобилизации промышленности на нужды" войны был XVIII съезд партии. И не подумайте, что выступил; на съезде Сталин и сказал, что вкалывать надо по 10-12 часов. Совсем нет. Сталин таких слов не любил. Сталинский стиль публичных выступлений: "Жить стало лучше, товарищи. Жить стало веселее". ("Правда", 22 ноября 1935 года).

А выступил на XVIII съезде никому тогда неизвестный Вячеслав Малышев. Его речь 19 марта 1939 года надо читать. Это шедевр. По традиции того времени "Правда" не указывала должностей выступающих на съезде и даже их инициалов; "Речь т. Малышева", и ни слова более. Не каждому в зале было известно, что это за гусь. А это выдвиженец на взлете. Свирепый сталинский тигр. Ему 36. Год назад стал директором завода, месяц назад - Наркомом тяжелого машиностроения. Через год станет заместителем Молотова, в мае 1941 - заместителем Сталина.

Стать заместителем Сталина не просто. Малышев им стал в возрасте 38. Мало того - удержался на посту до смерти Сталина и затем оставался заместителем главы советского правительства практически до самой своей смерти. Кроме поста сталинского заместителя, Малышев всю войну будет Наркомом танковой промышленности, получит воинское звание генерал-полковника и неофициальные титулы "Главнокомандующего танковой промышленностью", "Князя Танкоградского" и т.д. Малышев - это Жуков советской промышленности. Советские танки завершили войну в Берлине. Заслуга Малышева в этом никак не меньше заслуги Жукова.

Зная сегодня, как складывалась карьера Малышева в ходе войны и после нее, мы должны еще раз прочитать "Речь т. Малышева" 19 марта 1939 года, и именно в этой речи нам следует искать ключи к вопросу о начале предмобилизационного периода в советской промышленности. Малышев говорил именно то, что требовалось говорить в начале 1939 года. Он не только говорил, но и делал именно то, что требовалось Сталину. Иначе не стал бы т Малышев сталинским заместителем.

А потом - как буревестник грядущих указов - 24 августа 1939 года появилась в "Известиях" статья все того же Малышева "О текучести кадров и резервах рабочей силы". В статье Малышева уже содержалось все то, что через год отольют в чеканные строки сталинских указов о закрепощении рабочей силы, о "трудовых резервах" и о фактическом превращении промышленности в единый механизм, работающий на войну.

Удивительно совпадение: 23 августа 1939 года подписали пакт с Гитлером, а на следующий день появляется статьяпредвестница. Кажется: сначала 23 августа подписали пакт с Гитлером, а на следующий день появилась статья, призывающая точить топоры. Но события развивались в обратном порядке: сначала решили точить топоры, а потом подписали пакт с Гитлером. Статья появилась 24 августа, но набирали ее 23-го. А писал ее т Малышев раньше, то есть до подписания пакта.

Когда в Кремле жали руку Риббентропу и пили за здоровье Гитлера, драконовские указы 1940 года уже были предрешены. Не исключаю, что именно Малышев был их инициатором, за то и был поднят на должность заместителя главы правительства по промышленности, обойдя всех своих коллег и соперников. Идея остановить текучесть рабочей силы путем введения крепостного права на заводах и организовать "трудовые резервы" уже в августе 1939 года доложена Сталину и явно встретила поддержку. В противном случае Малышев не стал бы такую статью публиковать.

Уже тогда Малышев знал, к чему приведет тотальная мобилизация промышленности. И не он один: "Экономика получает однобокое военное развитие, которое не может продолжаться до бесконечности. Оно или приводит к войне, или вследствие непроизводительных затрат на содержание вооруженных сил и другие военные цели к экономическому банкротству" Это говорит Маршал Советского Союза В.Д. Соколовский после войны (Военная стратегия. С. 284).

Эту простую мысль понимали и до войны: "Переход почти всего хозяйства страны на производство военной продукции означает неизбежное сокращение снабжения мирной потребности населения и полную депрессию промышленности: должны будут очень быстро прекратить работу отрасли промышленности, которые не имеют значения для обороны, и сильно развиться те, которые работают на оборону". Это писал в 1929 году выдающийся советский военный теоретик

В.К. Триандафиллов. (Характер операций современных армий. С. 50).

А вот мнение генерал-полковника Бориса Ванникова. Ванников - это тот же тип сталинского наркома, что и Малышев. Сам Сталин присвоил себе Золотую звезду Героя Социалистического Труда с номером 1. Борис Ванников получил такую звезду в первой десятке кавалеров. Сталин на том остановился. А Ванникову после войны Сталин дал вторую Золотую звезду. И Ванников стал первым дважды Героем соцтруда. За создание ядерного заряда. Вскоре Ванников стал первым в стране трижды Героем соцтруда. За создание термоядерного заряда. Перед войной Борис Ванников был Наркомом вооружения, а в ходе войны - Наркомом боеприпасов. Его мнение: "Ни одно государство, какой бы сильной экономикой оно не обладало, не выдержит, если оборонная промышленность еще в мирный период перейдет на режим военного времени". ("Вопросы истории", 1969. N 1, с. 130).

Так что вожди ведали, что творили. Начав перевод промышленности на режим военного времени, они знали, что это приведет к войне.

Кстати, самого Ванникова взяли в начале июня 1941 года. Его пытали, его готовили к расстрелу. Из пятнадцати подельников двоих выпустили, тринадцать расстреляли. Мотивы ареста во мраке. И не важно, в чем их обвиняли. Разве обязательно обвинять человека именно в том, в чем он виноват? Важно другое: массовые аресты в промышленности от рабочего, опоздавшего на двадцать одну минуту, и кончая наркомами, которые никуда не опоздали, имели целью уже в мирное время создать в тылу фронтовую обстановку.

Когда осунувшиеся, стриженые наголо заместители наркомов и сами наркомы из пыточных камер вдруг снова попадали в свои министерские кресла, всем сразу становилось понятно, что работать надо лучше: товарищу Сталину нужно много оружия.

21. ПРО СТАЛИНСКОГО БУРЕВЕСТНИКА

 Не сдаешься?
 Подыхай, ...с тобою!
 Будет нам милее рай,
 Взятый с бою.

 Демьян Бедный.

Однажды пришлось видеть, как играли в волейбол советские олимпийцы. Зрелище выдающееся: огромные парни, мощная гибкая мускулатура, рубящие удары и невероятное умение обнаружить слабину - только противники (тоже свирепые) ослабили на долю секунды защиту кусочка площадки, и именно на этот кусочек обрушивается удар всесокрушающей силы, который нельзя отразить. Да наши не просто били, а с обманом: бьют вроде в одну сторону, попадают - в другую. У противников тоже обманных трюков было отработано во множестве, но наших не обманешь. Реакция советских олимпийцев была сверхчеловеческой. Я бы не сказал, что волчья реакция или тигриная, нет, это было нечто за гранью возможного.

И особенно отличался в этом деле Юрий Чесноков. То, что он делал на площадке, было непонятно. Противник в страшной силе замаха сгибается, как стальная пружина, и уж видно, что ударит в правый дальний угол; вся советская команда бросается в правый дальний угол, и только один Чесноков бросается... в левый ближний. Через долю секунды следует удар, и именно туда, куда уже прыгнул Чесноков. Все происходило одновременно, но я никак не мог отделаться от ощущения, что сначала Чесноков прыгает туда, куда надо, а уж потом противник именно туда удар и наносит. Выходило, что Чесноков предугадывал самые коварные удары и потому их отбивал.

После матча спросил у поклонников Чеснокова, правда ли, что он наперед знает, куда будет нанесен удар? Правда - отвечают. А как он это может знать? Интуиция - отвечали одни. Гениален - отвечали другие. Читает мысли противников - отвечали третьи.

Было ясно, что Чесноков наделен необычайной физической силой и выносливостью, было видно, что способен концентрировать волю в короткий момент отражения удара и немедленно расслаблять ее, сохраняя тем силы и способность в следующий момент вновь вложить всю мощь в удар потрясающей точности. Но был еще и какой-то секрет.

После завершения спортивной карьеры олимпийский чемпион Юрий Чесноков свой секрет раскрыл: он действительно читал мысли противников. Все вокруг были неграмотными, читать на лицах не умели, а он умел. Соперник мог выписывай, любые трюки, но в самое последнее мгновение перед ударом его нос поворачивался точно туда, куда будет нанесен удар. Чесноков это подметил, а потом и установил, что в правиле исключений нет.

И вот по носу он читал замыслы своих американских, китайских, японских и других соперников. И за долю секунды до удара бросался именно туда, куда надо. И побеждал всех...

Любой фокус прост. Когда секрет известен. Секрет Чеснокова мне почему-то напомнил историю летчика Голованова...

В феврале 1941 год а летчик гражданской авиации Александр Голованов был призван в Красную Армию, получил свое первое воинское звание - подполковник и первую должность - командир 212-годальнебомбардировочного полка специального назначения - Спецназ. Советская дальнебомбардировочная авиация (ДВА) в то время имела в своем составе:

- пять авиационных корпусов, в каждом по две дивизии; - три отдельные авиационные дивизии, которые в состав корпусов не входили;

- один отдельный авиационный полк, который не входил ни в состав дивизий, ни в состав корпусов.

Вот именно этот полк Голованов и возглавил в феврале 1941 года. Впрочем, полка не было, его предстояло сформировать. С этой задачей Голованов справился: самолеты ему дали, дали летчиков, инженеров и техников, дали аэродром в районе Смоленска. Голованов сформировал полк и стал его первым командиром. Над собой полковник Голованов не имел ни командира дивизии, ни командира корпуса, подчинялся прямо командующему ДБА. Теоретически. На практике полк Голованова подчинялся Сталину.

В июне 1941 года 212-й дальнебомбардировочный полк Спецназ начал боевую работу. Использовался полк Голованова, как и вся советская дальняя авиация, не по прямому назначению. Дальние бомбардировщики предназначались для действий ночью по дальним неподвижным целям: городам, заводам, мостам, железнодорожным станциям, а их использовали днем по подвижным целям на переднем крае. Дальние бомбардировщики бомбят с большой высоты цели, по которым не промахнешься. А им ставили непосильную задачу, для решения которой они не предназначались: бомбить танковые колонны противника. С большой высоты в движущийся танк не попадешь, пикировать дальний бомбардировщик не может, приходилось снижаться...

Эту работу должны делать штурмовики, ближние и пикирующие бомбардировщики, причем, только под прикрытием истребителей. Но штурмовики, ближние и пикирующие бомбардировщики погибли на приграничных аэродромах в первые дни войны, а вместе с ними погибли и истребители. И вот дальние бомбардировщики выполняют чужую работу, для которой они не предназначены, которую они выполнить не способны, и делают ее без прикрытия, в условиях полного господства противника в воздухе. Все полки, дивизии и корпуса дальних бомбардировщиков несли неоправданные потери.

Досталось и 212-му полку, но все же полк Голованова на фоне других отличался. Подполковником Голованов ходил меньше полугода. В августе 1941 года полковник Голованов становится командиром 81-й дальнебомбардировочной авиадивизии Спецназ. Эта дивизия была подчинена прямо Ставке ВГК. (Генерал-майор авиации М.Н. Кожевников. Командование и штаб ВВС Советской Армии в Великой Отечественной войне. С. 81). Проще говоря, Голованов вновь подчиняется только Сталину. 81-я дивизия под командованием Голованова и при его личном участии бомбила в 1941 году Берлин, Кенигсберг, Данциг, Плоешти.

Понятно, использование ДБА в первые дни войны не по прямому назначению и понесенные при этом потери резко снизили мощь дальней авиации. Но все равно дивизия Голованова отличалась, и можно было ожидать назначения Голованова на должность командира авиационного корпуса. Этого не случилось. Потому эту ступень Голованов пропустил. Не был он и заместителем командующего ДВА, а сразу стал командующим.

В феврале 1942 года ДВА была преобразована в Авиацию Дальнего действия (АДД), и ее командующим назначен генералмайор авиации Александр Голованов. Следующие званий: генерал-лейтенант авиации, генерал-полковник авиации маршал авиации - идут, не задерживаясь. В августе 1944 года Голованов получает звание Главного маршала авиации. Главному маршалу авиации в том месяце исполнилось 40. АДД под командованием Голованова принимала участие во всех важнейших операциях Красной Армии.

В 1953 году сразу после смерти Сталина Голованова снимают со всех постов и отправляют в запас.

В Советском Союзе маршалы и даже генералы армий в запас не уходили. Их звания пожизненны, и они носили звания до смерти, даже если и не имели в армии должностей и не выполняли никаких обязанностей. Голованов в этом правиле редкое и, возможно, единственное исключение. В опале были Жуков, Василевский, Конев, Рокоссовский, но их никто не назвал маршалами в запасе, они оставались маршалами. В опале был Н.Г. Кузнецов, но он был разжалован из Адмирала Флота Советского Союза в вице-адмиралы, а вице-адмирала можно увольнять в запас. (Посмертно Н.Г. Кузнецов был восстановлен в звании Адмирала Флота Советского Союза). Явных причин разжаловать Голованова не нашли, и тогда сделали Главным маршалом авиации запаса.

Карьера Голованова оборвалась со смертью Сталина не случайно. Близок был Голованов к Сталину. И чтобы понять его судьбу, надо начинать не с февраля 1941 года, а с начала.

Родился Александр Голованов в 1904 году. С 14 лет в Красной Армии, на фронте. Служит в военной разведке, затем в ОГПУ-НКВД. Но это не стандартный чекист, это - воплощение воли и энергии. Голованов отдает службе больше времени, чем любой из его коллег, а, кроме того, становится наездником, мотогонщиком, летчиком. Тут надо подчеркнуть, не просто наездником, мотогонщиком, летчиком, но наездником высшего класса, мотогонщиком с результатами достаточно высокими для выступлений на всесоюзных соревнованиях, летчиком, которому доверяли драгоценные жизни вождей. Этот портрет близок к портрету суперменов из кинобоевиков, но именно им он и был. Голованов достигал высших результатов в любом деле, за которое брался.

Где-то, когда-то чекист Голованов встретил на своем пути Иосифа Сталина. Больше их пути не расходились. Скоро Голованов попадает в число не заметных со стороны, но приближенных Сталину людей, исполнителей темных заданий. Голованов - личный телохранитель. Голованов - личный следователь. Голованов - личный пилот Сталина. Сам Сталин в те времена на самолете не летал, но персонального пилота имел и в знак особого уважения, как шубой с собственного плеча, иногда жаловал партийных вельмож полетом: тебя повезет мой личный пилот!

Впрочем, такие полеты могли означать не только уважение и благодарность, но и противоположное. Голованов летал на серебристом самолете с размашистой надписью на борту: "Сталинский маршрут". Макет именно этого самолета стоял на сталинском столе. На крыльях "Сталинского маршрута" часто летала смерть. В годы Великой чистки падали головы, освобождались места, уничтожение коммунистов первого ранга означало для коммунистов второго ранга повышение. И бывало Сталин в знак особого расположения посылал "Сталинский маршрут" в далекую провинцию за мало кому известным партийным фюрером: вас ждут в Москве, и быть вам великим. Бывало наоборот: вас ждут в Москве, и быть вам... Летит пассажир в головановском самолете, кормят его, поят кавказскими винами... Его и вправду ждут в Москве... в камере смертников. Есть сведения, которые пока подтвердить не удалось, что Маршал Советского Союза В. Блюхер в 1938 году летел в Москву "Сталинским маршрутом". После того Блюхер больше не летал: вскоре его определили в камеру пыток. Под пытками он и погиб.

Алексадор Голованов в годы террора был как бы сталинским буревестником: буря! скоро грянет буря! А еще назвал бы Голованова кончиком сталинского носа: куда он повернется, туда и обрушится сталинский гаев.

А потом чистка завершилась, и начался новый этап нашей истории: предмобилизационный период, тайная мобилизация, военные конфликты. Мне пока не удалось установить имя летчика, который вез Жукова на Халхин-Гол. Не знаю, был ли эт осам Голованов или кто-то другой. Недостоверно известно, что Голованов появился на Халхин-Голе практически одновременно с Жуковым, может быть, чуть раньше. Это означало, что Сталин лично следит за развитием событий. До самого конца боев Голованов находился в Монголии. Уже не удастся установить, понимал ли Жуков символику головановского присутствия, но не подлежит сомнению: в случае неудачи Жукова привезли бы в Москву "Сталинским маршрутом".

Присутствие Голованова на Халхин-Голе не ограничивалось негласным контролем за Жуковым, Голованов много летал. О его деятельности скупо говорится: выполнял спецзадания... Разбираясь с историей Спецназа, нашел смутные упоминания о действиях советских диверсионных групп в тылу японских войск. Выброску диверсионных групп Спецназ осуществляли самолеты Особой авиагруппы, в состав которой входил и Голованов. В принципе его обязанности не изменились - он творит темные дела, и появление сталинского буревестника означает террор.

После Монголии - Финляндия. Тут Голованов получил орден Ленина. И снова подробности скрыты мраком тайны. А ведь странно: Голованов - не военный, в армии не состоит и военной формы не носит. Что же он на войне делает?

Потом вдруг в 1941 году Голованов попадает в армию. Надо подчеркнуть, попадает по собственной просьбе. Сохранилось и опубликовано письмо Голованова Сталину. После этого письма его призывают, дают воинское звание, назначают командиром авиационного полка Спецназ.

Голованов был постоянно рядом со Сталиным. Голованов знал многое. Голованов встречал высших командиров Красной Армии и имел представление о том, что затевается. Голованов много летал. Голованов много выдел. Голованов понимал, что дело идет к большой войне и вызвался на нее добровольцем. Это в его духе.

Если бы большая война не затевалась, Голованов остался бы при Сталине.

Если бы затевался очередной конфликт типа Зимней войны в Финляндии, то Голованов остался бы гражданским летчиком и принял участие в конфликте, не меняя формы гражданской авиации на военную форму.

Если бы готовилась большая оборонительная война, Голованов освоил бы истребитель. Этому человеку было подвластно все: от арабского иноходца до любого типа самолета. В оборонительной войне честолюбивый Голованов мог бы стать первым в стране трижды Героем Советского Союза. Это соответствовало его натуре, его таланту. Если бы готовилась война на 1942 год, Голованов не стал бы проситься в армию в начале 1941 года. Вулканическая энергия этого человека нашла бы другой выход, другую главную задачу на ближайшее время. Но война затевалась на 1941 год, большая война, в которой истребительной авиации отводилась роль второстепенная. В моде был бомбардировщик. Именно на бомбардировщик и попросился Голованов. Не на простой бомбардировщик, а на тот, который можно использовать для выполнения спецзаданий. Голованов сам выбрал поле деятельности в грядущей войне, и это намерение звучит в названии 212-го дальнебомбардировочного авиационного полка: Спецназ.

Тут самое время высказать сомнения: не мог Голованов знать сталинских планов, не мог знать о подготовке Сталиным войны. Голованов всего лишь высказал свое предположение, что намечается война, и попросился добровольцем. Голованов мог ошибиться: может быть, никакой войны Сталин не затевал. Хорошо, согласимся.

Допустим, что Голованов в сталинские планы не посвящен. Допустим, что Голованов лишь высказал Сталину догадку, мол, чудится мне приближение войны, не пора ли и мне, товарищ Сталин, одеть военную форму. Пусть будет письмо Голованова Сталину всего лишь предположением. Но это было правильное предположение! Если бы предчувствия Голованова насчет большой освободительной войны были неправильными, то Сталин бы ему ответил: мол, нет. Голованов, никакой освободительной войны я не затеваю, а нужен ты мне пока для других дел. Но не сказал Сталин такого. Доказал Сталин нечто противоположное.

Одобрил Сталин порыв своего буревестника: правильно, Голованов, понимаешь обстановку, назревают большие события, самое время и тебе форму одевать, молодец, что не ждешь приказов, а сам соображаешь, когда в армию надо проситься.

Пусть Голованов сроков и намерений Сталина не знал, а лишь догадывался, но Сталин-то знал! И если письмо Голованова всего лишь догадка, то Сталин догадку подтвердил.

Еще момент. Мог бы Сталин Голованову сказать: боюсь я, что Гитлер нападет, возьми. Голованов (ты человек энергичный и напористый), лучших наших летчиков-истребителей да подготовь из них какую-нибудь ударную группу ассов, такую группу, чтобы, встретив ее в бою, ни один немец живым не ушел, чтобы в любом избранном мною месте мы могли удерживать хотя бы местное господство в воздухе. Пусть по всему фронту немцы держат господство, но на решающем участке мы им этого не позволим. Но не сказал Сталин таких слов ни Голованову, ни кому другому.

Образцовый полк из лучших летчиков для выполнения личных сталинских спецзаданий в глубине территории противника - по инициативе Голованова и по приказу Сталина - был создан, а такого же образцового полка для защиты родного неба не создали и даже не вспомнили о таком. Попытка создать образцовый истребительный полк для защиты родного неба была предпринята только после 22 июня 1941 года (401-й истребительный авиационный полк Осназ). Но было поздно.

Сопоставим факты

1. Группа аэродромов и запретные зоны в районе Смоленска с довоенных времен - традиционное место подготовки лучших диверсионных подразделений Спецназ.

2. Дома отдыха НКВД в районе станции Гнездово Смоленской области с 1939 года использовались как летние лагеря для подготовки молодых кадров Коминтерна.

3. В районе Смоленска с февраля 1941 года базируется 212-й авиационный полк Спецназ, который способен не только бомбить особо важные объекты по личному приказу Сталина, но и забрасывать диверсионные группы Спецназ в тыл противника.

4. С февраля 1941 года в районе станции Гнездово сооружался командный пункт стратегического значения, командный пункт для Сталина. Кстати, это та самая станция Гнездово, где разгружали польских офицеров. Катынь рядом.

Не знаю, как связать эти факты вместе. Командный пункт Сталина, с которого он намеревался руководить "освобождением" Европы, диверсионные отряды для истребления руководителей соседних стран и самолеты для заброски этих диверсантов за рубеж, школа молодых коммунистических вождей, которым предстояло руководить сталинской Европой, и место истребления элиты уже "освобожденных" стран - все в одном месте. Почему? Совпадение или дьявольская логика? Не могу объяснить. Я только указываю на узел загадок, пусть историки ищут отгадки.

Но в одном уверен: в феврале 1941 года еще не было никаких "предупреждений" Черчилля, Зорге, Рузвельта и прочих, но кончик сталинского носа уже повернулся против Германии.

22. А КУДА ЕХАЛ ХМЕЛЬНИЦКИЙ?

 Историю войны и мира можно и должно изучать не только по документам, но и по человеческим судьбам.

 "Красная звезда", 1 июня 1990 г.

К биографии Главного маршала авиации Голованова можно добавить биографию генерал-лейтенанта Рафаила Хмельницкого (1898 - 1964). Официальное описание жизни Хмельницкого публикуется под рубрикой "Герои гражданской войны". Вот основные моменты: агитатор в Харькове, затем секретарь члена РВС Первой конной армии, принимал участие в подавлении Кронштадского мятежа, Гражданскую войну завершил, имея два Ордена Красного Знамени. В те времена это был высший и единственный орден.

Полистав мемуары участников Гражданской войны, находим награды тех лет - "наградить красными революционными шароварами" или "наградить каурым жеребчиком", а ордена, как свидетельствует маршал С.М. Буденный, давали "героям из героев". Сталин, например, за Гражданскую войну имел один орден. Те, кто имели по два ордена, попадали в анналы истории. Хмельницкий среди них.

После Гражданской войны Хмельницкий становится порученцем (то есть выполняющим поручения особой важности) при командующем Северо-Кавказским военным округом. Потом - работа в штабе Московского военного округа. Далее следуют военная академия и должности: командир полка в 1-й Московской Пролетарской стрелковой дивизии, порученец Народного комиссара по военным и морским делам, возвращение на командную работу, на ту же должность - командир полка в 1-й Московской пролетарской, далее - заместитель командира этой дивизии, через короткое время - командир этой лучшей дивизии Красной Армии. После - порученец Наркома обороны СССР.

В 1940 году в Красной Армии введены генеральские звания. Рафаил Хмельницкий получает звание генерал-лейтенанта, в те времена - три звезды. Весной 1941 года генерал-лейтенант Хмельницкий назначен командиром 34 стрелкового корпуса - самого сильного из всех стрелковых корпусов Красной Армии.

Во время войны - находился в распоряжении военного совета Ленинградского и Северо-Западного фронтов. С 1942 года был начальником управления снабжения в Центральном штабе партизанского движения. Потом следует должность генерала для особых поручений при заместителе Наркома обороны, и в самом конце войны генерал-лейтенант Рафаил Хмельницкий был начальником выставки образцов трофейного вооружения. Во Второй мировой войне Хмельницкий никак не отличился - вступил в нее генерал-лейтенантом и завершил в том же звании.

Биография составлена так, что прочитав ее, мы зевнем и перевернем страницу: генерал, герой, ничего более. А у меня давняя ненависть к адъютантам и порученцам. Генераллейтенант Хмельницкий постоянно всю свою службу, как заколдованный, возвращался к должности офицера (потом генерала) для поручений особой важности. Это постоянство меня как-то неясно тревожило. И еще: командирская карьера неестественная. Первая командирская должность - командир полка: ни взводом, ни ротой, ни батальоном не командовал, а эдак сразу на полк. И не на простой полк. 1-я Московская Пролетарская стрелковая дивизия - это "придворная", столично-парадная дивизия: иностранные гости, смотры, торжества, показуха. Служба в "придворных" дивизиях своеобразна.

Великая честь офицеру туда попасть, всю жизнь потом в аттестации в сияющем ореоле сверкает номер той дивизии. Служить там и легко и трудно. С одной стороны - люди на подбор, нет в дивизии худых, болезненных солдатиков, которые не понимают русского языка, нет старого изношенного оружия, нет проблем со снабжением и расквартированием войск. С другой стороны, настоящей боевой подготовки тоже нет. Вместо нее - показуха или подготовка к следующей показухе, "балет", как выражаются в Красной Армии. У Хмельницкого из пяти командирских назначений четыре - в столичнопридворно-балетную дивизию. И долго не засиживался. Должности занимал на несколько недель, а потом на долгие годы возвращался на должности адьютанта-секретаряпорученца.

Долго не давала мне покоя биография Хмельницкого, а понять не мог, чем она меня тревожит. А потом озарило: так это же тень биографии Ворошилова!

Глянем на биографию Хмельницкого, только теперь на фоне карьеры Маршала Советского Союза К.Е. Ворошилова.

Итак, член Военного совета Первой конной армии Климент Ворошилов где-то на Гражданской войне встречает безвестного партийного агитатора и делает своим секретарем. Секретарь прижился. Навсегда. Не будем гадать, как секретарь Хмельницкий воевал, но первый орден он получил после разгрома советских войск в Польше. В Гражданской войне было три массовых награждения, когда ордена раздавали корзинками.

Первый раз - в Польше. Надо было позор разгрома замазать героическими подвигами. Бегущим с фронта войскам выдавали вволю орденов. И тут, в общем списке, приказом РВС Первой конной, Хмельницкий попадает в ряды героев. Не то на машинке ладно стучал, не то - карандаши героически точил, не то еще за какие заслуги. По существовавшим тогда порядкам, в приказе должны были быть подробно изложены обстоятельства героического подвига, но в данном случае обстоятельства не изложены. Вместо подробного описания - "за отличие в боях секретарю члена РВС". Нехорошо героев подозревать, но не сам ли секретарь представление на себя и печатал?

Приказ о награждении Хмельницкого Ворошилов подписывал дважды: в 1919 (еще до позора в Польше) и в 1920 году Выдать орден получилось со второго раза. Но Москва не утвердила решение. Три года Хмельницкий носил свой первый орден как бы полулегально: Ворошилов наградил, Москва не утверждает. Решение было утверждено только 16 октября 1923 года.

Вторая массовая раздача орденов была после подавления Кронштадтского мятежа. На подавление бросили преданных. Кронштадтское зверство представили боевой операцией и за карательные заслуги жаловали, как за боевые. И снова орденов отсыпали. На расправе был и Ворошилов с секретарем. Ворошилову - второй орден. Секретарю - второй. Описание героических деяний снова отсутствует, скользко сказано: "вдохновлял бойцов". Так стал Хмельницкий двойным героем. И есть фотография: Ленин с участниками подавления. Справа от Ленина мордастый, о двух боевых орденах. Это как раз и есть революционный герой Рафаил Хмельницкий. А позади Ленина - Ворошилов.

И еще была одна массовая раздача - при истреблении мужиков Тамбовской губернии. Но наш герой там не оказался, а то получил бы и третий орден.

После Гражданской войны Ворошилова назначают командующим Северо-Кавказским военным округом. Хмельницкий при нем - выполняет особо важные поручения. Мне довелось повидать адъютантов и порученцев. Да, иногда они выполняют поручения особой важности. Но вообще - работа холуйская. Ворошилов - холуй и холуев вокруг себя плодил. И надо было быть холуем врожденным, чтобы при Ворошилове держаться. Хмельницкий держался. Но было нечто и кроме холуйства: Хмельницкий имел кличку Руда и не стеснялся ее. Если бы он пришел в революцию из коммунистического подполья, то можно расценить кличку как партийный псевдоним, вроде "Товарищ Евлампий". Но дооктябрьский партийный стаж Руды не прослеживается. Откровенно блатные нотки в кличке Хмельницкого не смущали ни Ворошилова, ни самого Сталина. Ворошилов - босяк по кличке Володька, а сталинский уголовный псевдоним Коба воспринимается как родственный псевдониму Хмельницкого. Коба и Руда.

Так что Руда был вполне в своем кругу. В 1924 году Сталин перетаскивает Ворошилова в Москву, назначает командующим Московским военным округом. Легко догадаться, как изменилась судьба Хмельницкого. Правильно. В штабе Московского военного округа ему нашли место. Ненадолго Хмельницкий отлучается в академию - диплом дело важное - и возвращается на ту же должность - порученец Ворошилова. Потом Руда получает полк в Московской Пролетарской стрелковой дивизии. Всем ясно - вот пришел новый командир полка, пришел для того, чтобы отметиться, чтобы отбыть номер, чтобы в характеристике появилась запись: "командовал полком" Сколько недель командовал никого не интересует Главное, в аттестации зафиксировано: командовал. Если бы потребовалось для аттестации, Ворошилов мог назначить своего холуя командовать чем угодно, хоть крейсером. И не побоялся бы Ворошилов дать Хмельницкому не просто крейсер, а лучший из крейсеров. И мог бы Хмельницкий на капитанском мостике не появляться и команд не отдавать. Лучше, если бы не появлялся: помощники, понимая, что за птица залетела, справились и без него - лишь бы работать не мешал. Так и в полку всем ясно, что "откомандовав", должен Хмельницкий вернуться на круги своя

Эту систему видела расцвете, во времена Брежнева, когда работал в Женеве Прибывает из Москвы дипломатическая делегация. В делегации несколько трудяг-дипломатов. А между ними детки членов Политбюро. Тоже дипломаты. Работой деток не обременяли: лишь бы не мешали. И сами детки к работе не тяготели А характеристики им писали сладенькие, и посол советский Зоя Васильевна Миронова подписывала инициативные, всесторонне подготовленные и пр. и пр. Глянешь в послужной список такого "дипломата" - мать моя прошел и Париж, и Вашингтон, и Нью-Йорк, и Вену, и Женеву, да на какой работе: то Брежнева сопровождал, то Громыко, то еще кого Одним словом, перспективный, подающий надежды, опытом умудренный, пора выдвигать...

При Брежневе это цвело буйным цветом. А тогда, в двадцатых-тридцатых, система только расцветала. Но и тогда приемы карьерного проталкивания четко определились: Хмельницкий попадал в войска на командирские должности, не меняя своей московской квартиры, не удаляясь от правительственных дач. На полк вернулся еще разок, отметился, побывал заместителем командира дивизии и командиром. В 1940 году ввели генеральские звания, и Хмельницкий - генерал-лейтенант. Много, конечно, для бывшего командира дивизии, но ничего, пережил. Для порученца тоже много. В те времена в Красной Армии званиями не бросались. На дивизиях - полковники или генерал-майоры. Командиры корпусов - генерал-майоры. Бывало, что и на корпусах стояли полковники. Примеры: И-И. Федюнинский, К. Н. Смирнов, В.А. Судец, Н.С. Скрипко. Генерал-лейтенант - это или командующий военным округом, или командующий армией, да и то не всегда; некоторые командующие армиями были в то время генерал-майорами, как М.И. Потапов.

В общем не пожалел Ворошилов генеральских звезд своему холую. Так герой Гражданской войны стал полководцем.

Заинтересовавшись личностью Хмельницкого, перелистал вновь мемуары советских генералов, адмиралов, маршалов и удивился: да как же я раньше Хмельницкого не замечал. А ведь он присутствует в воспоминаниях многих. Рассказ о приеме у Ворошилова каждый начинает с описания приемной, в которой восседает Хмельницкий.

Генерал-майор П.Г Григоренко вспоминает, как перед войной попросил личной встречи с Наркомом обороны. "А в чем наш вопрос?" - интересуется Хмельницкий, и решает: незачем таким вопросом тревожить Ворошилова, обойдетесь встречей с Тухачевским.

Главный маршал артиллерии Н.Н. Воронов вспоминает, как в 1936 году Муссолини отправлял итальянских фашистов для захвата Абиссинии. Муссолини устроил пышную церемонию проводов. На церемонии - иностранные военные делегации. Самая представительная, это понятно, не от фашистской Германии, а от Советского Союза. Воронов это особо подчеркивает. В делегации, кроме самого Воронова, Городовикова и Лопатина - наш герой Хмельницкий. (На службе военной. С. 76-77). У нас с фашистами уже тогда было разделение труда: воюйте в Абиссинии, через много лет мы туда придем и устроим такую социальную справедливость, что мир дрогнет, глядя на детей-скелетов. Наши социальные преобразования обойдутся Африке большим горем, чем фашистская агрессия...

Но вернемся к нашему герою. Адмирал Флота Советского Союза Н.Г Кузнецов вспоминает, как перед войной его отправили в Испанию. Все начинается со встречи с Хмельницким... Кузнецов возвращается из Испании - и опять первым делом к Хмельницкому. Проходит немного времени - Кузнецова назначают заместителем командующего Тихоокеанским флотом - и опять встреча с Хмельницким. Кузнецов был дружен с Хмельницким: "... меня протолкнул Руда, как мы в своем кругу называли Хмельницкого". (Накануне. С. 175). Нет, нет, не на должность протолкнул, протолкнул на встречу с Ворошиловым. И все же надо было с Рудой быть в хороших отношениях: не каждого он на встречу проталкивал...

Маршал Советского Союза К.А. Мерецковтоже вспоминает, как вернулся из Испании - прежде всего визит к Хмельницкому. Хмельницкий приглашает Мерецкова пройти в большой зал. Тут собирают всех, кто попался под руку: важное мероприятие - осудить врагов народа, Тухачевского с партнерами. (На службе народу. С. 166). Мерецков не сообщает, как он лично вел себя, но после совещания Мерецкова круто понесло вверх, и вскоре он занял посты начальника Генерального штаба и заместителя Наркома обороны, те самые, которые раньше занимал Тухачевский... Очень было важно демонстрировать преданность не только в присутствии Сталина или Ворошилова, но и в присутствии их секретарейадьютантов-порученцев.

А вот Жуков летит на Халхин-Гол. Встреча с Ворошиловым, но предварительно - с Хмельницким. Важный был человек...

А потом напал Гитлер. Но на войне генерал-лейтенант Хмельницкий крови не проливал и жизнью не рисковал. В начальном периоде войны - дикая нехватка генералов. Западным фронтом (а это четыре армии) командует генераллейтенант А.И. Еременко, Северо-Западным фронтом (три армии) командует генерал-майор (!) П.П. Собенников. А генерал-лейтенант Хмельницкий - сидит в распоряжении командующего Ленинградским фронтом. Это означает: не отвечает ни за что. А почему в Ленинграде? Да потому, что туда послали Ворошилова, а Хмельницкого Ворошилов за собой тянет. Назвать Хмельницкого порученцем Наркома обороны было можно, но назвать порученцем командующего фронтом неудобно: генерал-лейтенант на побегушках у командующего фронтом, когда меньшие по званию сами фронтами командуют.

Потому формулировка - в распоряжении...

В Питере Ворошилов оскандалился. Ленинградским фронтом Ворошилов командовал неполных семь дней, с 5 по 12 сентября 1941 года. И пришлось срочно заменить Жуковым. Но выгнать Ворошилова Сталин не мог: дутая слава Ворошилова в Гражданской войне связана с дутой славой самого Сталина. Объявить Ворошилова кретином - себе на хвост наступить. И потому Ворошилов - как бы в распоряжении Сталина, то сеть не отвечает ни за что, а Хмельницкий - в распоряжении Ворошилова.

Потом Сталин придумал Ворошилову пост - Главнокомандующий партизанским движением. Партизанами управлять не надо, партизаны сами знают, что им делать. В биографии Ворошилова так описана эта заслуга: "Лично инструктировал командиров партизанских отрядов". (Советская военная энциклопедия. Т. 2. с. 364). Ах, работа не пыльная!

Генерал армии С.М. Штеменко коротким мазком, без желания обидеть, описал личный поезд "пролетария" Ворошилова: уютные вагоны, со вкусом подобранная библиотека... Ворошилов учинил Штеменко целый экзамен... нет, не по стратегии и не по тактике, а по репертуару Большого театра. Сам Ворошилов большой любитель оперы и балета и при случае горазд любого нижестоящего уличить в бескультурии...


Страницы


[ 1 | 2 | 3 | 4 | 5 | 6 | 7 | 8 | 9 | 10 | 11 | 12 | 13 | 14 | 15 | 16 ]

предыдущая                     целиком                     следующая

Библиотека интересного

Виктор Суворов    Последняя республика     Последняя республика 2     Последняя республика 3     Тень победы     Беру свои слова обратно     Ледокол     Очищение     Аквариум     День М     Освободитель     Самоубийство     Контроль     Выбор     Спецназ     Змееед     Против всех. Первая книга трилогии «Хроника Великого десятилетия»     Облом. Вторая книга трилогии «Хроника Великого десятилетия»     Кузькина мать. Третья книга трилогии «Хроника Великого десятилетия» Варлам Шаламов Евгения Гинзбург Василий Аксенов Юрий Орлов Лев Разгон Владимир Буковский Михаил Шрейдер Олег Алкаев Анна Политковская Иван Солоневич Георгий Владимов Леонид Владимиров Леонид Кербер Марк Солонин Владимир Суравикин Александр Никонов Алекс Гольдфарб Ли Куан Ю Айн Рэнд Леонид Самутин Александр Подрабинек Юрий Фельштинский Эшли Вэнс

Библиотека эзотерики