05 Dec 2016 Mon 19:36 - Москва Торонто - 05 Dec 2016 Mon 12:36   

25 марта 1937 арестован дивизионный интендант П.И. Курков.

Список весьма длинный, даты арестов опубликованы, и каждый может сам список дополнить и сделать вывод. А вывод простой: получил Сталин в мае 1937 года фальшивку от германской разведки или ее не получил, очищение высшего командного состава Красной Армии уже шло полным ходом, главные жертвы были уже намечены и объявлены публично, а свидетели давали командарму 1 ранга Фриновскому те показания, которые от них требовали.

4

Вымыслы про "обезглавленную" армию звенят уже полвека. Вот последняя на эту тему публикация: журнал "Новости разведки и контрразведки" (1995. N 40-41), огромная статья Владимира Кукушкина ""Дело" Тухачевского - фальшивка нацистских спецслужб". Что же за новость расскажет нам товарищ Кукушкин?

А рассказывает он все то, что придумал недобитый гитлеровец В. Шелленберг: Все, что гитлеровец говорил 50 лет назад. Кукушкин повторяет слово в слово, выдавая бред фашиста за свои научные открытия. Сплетни, которые вот уже 50 лет обсасывает вся мировая бульварная пресса, товарищ Кукушкин рассказывает взахлеб как последние новости разведки.

Читая статью, перестаешь понимать, где Шелленберг, а где Кукушкин. Статья переплетена цитатами Шелленберга весьма густо. Кукушкин верит фашисту во всем, соглашаясь со всеми весьма дикими нестыковками. Версия Шелленберга-Кукушкина гласит: "Начало этой зловещей акции было положено в декабре 1936 года на совещании у Гитлера, где присутствовали также Гесс, Борман и Гиммлер. Фюрер раздраженно..."

Стоп. Тут я вынужден прервать захватывающий рассказ товарища Кукушкина для небольшого отступления. Названы четыре высших руководителя Германии. Четыре заговорщика, с которых все и началось. Среди них - трое политиков и один представитель спецслужб, рейхсфюрер СС Гиммлер. В конце войны Гиммлер пытался улизнуть, но его опознали, и он покончил жизнь самоубийством - раскусил ампулу. Случилось вот что. Германские солдаты сотнями тысяч и даже миллионами сдавались американцам и британцам, чтобы не попасть в советский плен. В руках западных союзников оказались необозримые массы немецких военнопленных. Это были огороженные проволокой поля, кишащие людьми, моря голов. Вот в этих-то морях и решил затеряться Гиммлер. Он переоделся солдатом, заготовил документы... Что ему стоило заказать солдатскую книжку на имя какого-нибудь Ганса или Фрица... Документы ему изготовили - залюбуешься. На том и сгорел... У солдат-фронтовиков документы затерты и истрепаны. Фронтовик горел в танке, плавал через реки, пробивался болотами и лесами, валялся в грязи и в крови. За годы войны документ фронтовика пропах дымом блиндажей, солдатским потом и табаком, пропитался запахом прифронтовых госпиталей, подвижных походных бардаков и полевых кухонь, измялся, изломался, искорежился. А у одного солдатика в этой необозримой толпе документ правильный-правильный, новенький-новенький, хрустящий и типографией благоухающий... А приметили этого солдатика в человеческом муравейнике и потребовали документ потому, что все фронтовики перепачканы грязью последних боев, пропитаны копотью разгрома, все они рваные, вонючие, лохматые, с оторванными рукавами, погонами и штанинами, перемотанные бинтами и грязными тряпками... А один пожилой солдатик с проседью - во всем новеньком, сапожки скрипят, чистенький, умытый, стриженый и французским одеколоном пахнет... Тут-то ему и сказали: "А повернись-ка, сын! Экой ты смешной какой!"

Своим тупым полицейским мозгом рейхсфюрер СС не сообразил, что сапоги на нем должны быть стоптанными, документы - рваными, а печати на документах - расплывшимися. И вот теперь нам товарищ Кукушкин рассказывает удивительную историю о том, что этот великий профессионал и трое любителей в декабре 1936 года вознамерились обмануть самого товарища Сталина, фальшивку ему решили подбросить... 5

Кукушкин продолжает свой рассказ о том, как великий профессионал и трое любителей вызвали Гейдриха, устроили ему разнос, и вот этот самый Гейдрих и придумал учинить подлог... Фальшивка вот какого смысла: советские генералы во главе с Тухачевским снюхались с немецкими генералами. Советские готовят переворот против Сталина, немецкие - против Гитлера. Немецкие спецслужбы якобы узнали о заговоре, добыли соответствующие документы и готовы их Сталину продать... "Вскоре из Москвы прибыл эмиссар Ежова, который заявил о готовности купить материал о "заговоре"... Гейдрих потребовал три миллиона золотых рублей... Названная сумма была выплачена... Инициаторы этого политического подлога из СД кичились тем, что нанесли тяжелейший удар по боеспособности Красной Армии и к тому же заработали на этом три миллиона рублей... Часть "Иудиных денег" В. Шелленберг приказал пустить под нож после того, как несколько немецких агентов были арестованы ГПУ, когда они рассчитывались этими купюрами. Сталин произвел оплату крупными банкнотами, все номера которых зарегистрированы ГПУ".

Вот такой рассказ.

Мы над этим посмеемся, но сначала...

6

Посмотрим на ситуацию из сталинского кабинета.

Сталину докладывают: гитлеровская тайная полиция вскрыла сговор немецких и советских генералов. Немецкие генералы намерены свергать Гитлера, советские - Сталина. Что же (по сталинскому рассуждению) в этой ситуации должен делать Гитлер? Он должен нанести удар по своим заговорщикам. Он должен арестовывать, судить, стрелять и вешать своих генералов.

Но удивительная вещь: докладывают, что Гитлер о заговоре германских генералов знает, однако ничего похожего на разгром заговора в Германии не происходит, все гитлеровские генералы на своих местах, их даже и не понижают в должностях. А ведь странно: гитлеровская разведка заботится о сталинской безопасности, документы достает, подталкивает Сталина стрелять своих генералов, но о своей безопасности ни Гитлер, ни его спецслужбы не заботятся и своих генералов стрелять не намерены.

И Сталин должен верить этой туфте?

Второй момент. Если Гитлер узнал о сговоре германских и советских генералов, то он должен обратиться к Сталину. Срочно и лично. Представим себе: в городе - две враждующие банды. Или группировки, если хотите. И вот братишки среднего уровня из одной и другой банд снюхались, паханов в известность не поставив, и порешили меж собой больше не воевать, а паханов, которые миру и дружбе мешают, зарезать. Допустим, один главарь банды пронюхал о сговоре. Что должен он делать? Где защиты и помощи искать? Да только у другого главаря. Больше негде. Вражда их временно прекращается. Они - друзья в беде. Они вдвоем под явной угрозой, и ни на кого больше им положиться нельзя. Ни о каких деньгах тут речь не идет, шкуры спасать надо. И один говорит другому: выкладывай все, что знаешь об этом деле, а я тебе расскажу, что я знаю. Потом каждый у себя в хозяйстве порядок наводит. А уж потом можно дальше воевать меж собой.

Так вот, если Гитлер узнал о сговоре советских и германских генералов, он должен был выходить на Сталина, не веря больше никому. Гитлер - под угрозой, и Сталин - под той же угрозой. Но Гитлер на контакт не идет. Вместо этого какие-то аферисты пытаются продать Сталину компромат на Тухачевского и просят денег, но материалов на германских генералов-заговорщиков взамен не просят...

А это на правду не похоже.

Время спасаться от заговора, а Гитлер сам не спасается, но спасает Сталина и торгуется из-за денег. Вроде и нет у него в Германии никакого заговора...

Вывод: попытка обмануть Сталина, если она действительно имела место, была явно дурацкой, легенда - неправдоподобной и ничем не подкрепленной.

7

В отличие от Ленина и Троцкого Сталин формальной стороне юридического процесса придавал значение. Сталин на хотел прослыть злодеем, тем более в глазах своей армии. На сталинских судах признавались ВСЕ. На открытых судах и закрытых. Тот, кто не признался, тот просто на суд не попадал. Но если уж кого на суд выводили, то он свою вину подтверждал. Если кто-то вдруг упрямился, то объявлялся перерыв на пару часов, и после перерыва проблем с признанием не возникало. Зачем-то Сталин у всех вырывал признания. Это было важно ему. Сталин заботился о том, чтобы все поверили: он действительно уничтожает настоящих заговорщиков и шпионов. И если Сталин получил от германской разведки документ, то его следовало предъявить суду. Суд ведь закрытый, а судьи - высшие командиры Красной Армии, которые тайны хранить научены.

Стенограммы процесса над группой Тухачевского опубликованы. Никакие немецкие документы на суде не предъявлялись, и о них никто даже не упоминал. Протоколы допросов и очных ставок тоже частично опубликованы, но и там никаких упоминаний о немецком документе.

Да и о каком документе речь? Речь о письме Тухачевского, который тот якобы написал немецким генералам.

Нам говорят, что Сталин "фальшивке поверил". Допустим. Представим себе, что Сталин получил это самое письмо, которое Тухачевский написал немецким генералам. Допустим, что Сталин верит тому, что Тухачевский его действительно писал. Зачем тогда сталинский суд предъявляет Тухачевскому заведомо выдуманные обвинения, а письмо, которое изобличает измену, письмо, которому поверил сам Сталин, не предъявляет?

Вопрос убойный: почему Сталин это письмо никому не показывает? Зачем его прятать? Кому оно нужно?

Долго думали кремлевские историки, но ответ придумали: так ведь письмо-то получено по агентурным каналам. Сталин не хотел агентуру раскрывать!

Красиво придумано. Да только НАША агентура к этому делу отношения не имела. Наш официальный представитель якобы встретился с немцами, якобы купил у них письмо и отбыл в столицу мирового пролетариата. Если показать письмо Тухачевского нашим командирам, то кого и как мы этим раскроем? Наоборот, предъявив письмо Тухачевского, Сталин таким жестом только продемонстрировал бы свою силу: я все вижу! я все знаю! Не вдаваясь в подробности добывания, можно было бы намекнуть своим маршалам, чтобы они и не думали заговоры плести, ибо все их письма перехватываются и ложатся на сталинский стол. Но этого почему-то не было сделано.

Если в этом деле и была задействована агентура, так только гитлеровская. Если немецкая разведка действительно продала Сталину письмо Тухачевского, то тем самым она отдала право полностью им распоряжаться. Мы заплатили и теперь делаем с письмом все, что нам нравится. Немцы, отдавая письмо, не заботились о том, что кто-то по содержанию письма раскроет их агентуру. А товарищ Сталин, выходит, о гитлеровской агентуре заботится: как бы ее не раскрыть!

8

Теперь вернемся к рассказу Шелленберга-Кукушкина.

Первый момент: деньги, полученные в ГПУ, немецкая разведка использовала для агентурных операций, и сразу пошли провалы, так как номера банкнот были переписаны...

Агентурная разведка без денег работать не может, как паровоз без воды, но деньги разведчик не имеет права получить в банке и заплатить своему агенту. Для агентурной операции можно использовать только "фильтрованные" деньги, которые особыми, совершенно секретными способами где-то кем-то специально для такой цели размениваются. А доблестная германская разведка подучила деньги не в банке, а в ведомстве товарища Ежова, которое занимается ловлей шпионов, и эти деньги немедленно использует в своих агентурных операциях на советской территории. Одно из двух: или В. Шелленберг этого никогда не писал, это просто какие-то идиоты, не служившие в разведке и детективных историй не читавшие, придумали глупость; или во главе германской разведки действительно стояли идиоты, которые не знали самых простых вещей, известных не только начинающим разведчикам, работающим на подхвате, но и просто любителям шпионских романов.

Второй момент: немецкие разведчики провалились, Шелленберг узнал об этом и... Опять чепуха. Наши ребята не так глупы, чтобы немедленно арестовывать шпиона. Шпион - на нашей территории, убежать от нас не так легко, граница на замке. Выявленного шпиона надо "вести" долго, осторожно и внимательно смотреть за ним, чтобы выявить связи. Потом неплохо ему подставить источник так, чтобы он сам еще не знал, что на нас работает, так, чтобы верил: удача сама к нему в руки идет. Выявленный на нашей территории настоящий шпион - огромная для нас ценность. Это наш канал дезинформации. Это козырный туз, из их колоды украденный. Арестовывают шпиона в крайнем случае, но и после того используют для игры против разведки противника. Даже если противник и догадался, что мы его агента накрыли и тот играет по нашим нотам, то и тогда от этого нам есть польза: такое наше поведение заставляет противников сомневаться в достоверности сообщений тех источников, которых мы пока еще не выявили. Противник-то не знает, кого мы застукали, а кого еще нет. Потому сомневается во всех. Одним словом, если бы наши засекли немецких агентов, то В. Шелленберг мог об этом узнать только после войны.

Немцы проявили потрясающую глупость, выдав шпионам деньги, полученные в ежовском ведомстве, потому советской контрразведке был смысл подождать, когда все денежки появятся на нашей территории, когда другие шпионы себя проявят таким же образом. Зачем же первых появившихся тут же и арестовывать?

Третий момент: с агентурой чепуха получилась, и Шелленберг приказывает пустить деньги под нож... Зачем? Неужто их нельзя использовать для легальной цели? Например, жалованье немецким дипломатам в Москве платить, воду газированную на Цветном бульваре покупать, пирожки на Ярославском вокзале, газетки всякие.

Все тот же момент: пустили деньги под нож... Но было сказано самим же Шелленбергом, что рубли золотые. Представляю: бедные немецкие разведчики стальными крупповскими ножами золотые рубли режут. Так ведь сколько их не режь, они цены не теряют. Я согласен получить сундук золотых рублей, изрезанных на половинки.

И что это за золотые рубли в крупных купюрах и с номерами? В. Шелленберг рублей явно никогда не видел, но, товарищи из "Новостей разведки и контрразведки", вы-то представляете себе наш червонец? Вы-то знаете, что это монета, а не купюра? И никаких номеров на монетах нет. И в те времена червонец из обращения был уже изъят. Неужто, товарищи разведывательные и контрразведывательные редакторы, эти, казалось бы, мелочи, не раскрыли вам глаза? Уж если врать, так хоть весело и складно. Неужто вы, товарищи редакторы, не понимаете, что Шелленберг врет бездарно и бестолково?

Куда ни кинь, везде смешно. Если я шпион, если продаю фальшивку, то, чтобы набить ей цену, должен требовать за нее большие и серьезные деньги. В те времена (да и сейчас) - доллары, швейцарские франки, можно бы фунты или золото в слитках, чем товарищ Сталин, кстати, всегда расплачивался. Отчего же германская разведка согласилась на рубли в крупных купюрах?

А вот еще анекдот. Операция задумана в декабре 1936 года. Проведена в 1937 году. Хитрые немцы обманули Сталина и получили деньги от представителя ГПУ... которое существовало до 15 ноября 1923 года. После того дня не было никакого ГПУ, а было ОПТУ, а с 10 июля 1934 года не было уже и ОГПУ. Доблестная германская разведка обманывала организацию, которая на момент обмана уже 13 лет не существовала.

Так может быть, В. Шелленберг просто оговорился? Вовсе нет. Через всю его книгу проходит именно этот термин - ГПУ. Великий немецкий разведчик не знал названия той организации, против которой боролся, не знал главного врага даже по имени. И этот кретин, который о России вообще ничего не знал, рассказывает нам, что он написал такую фальшивку, которой поверил сам Сталин.

9

Достал книгу Сунь Цзы в новом переводе Оксфордского университета, в новой интерпретации, с новыми комментариями. Великий китаец жил две с половиной тысячи лет назад, но все, что он писал о войне, надлежит знать каждому. Интересно, что всякий, кто переводит Сунь Цзы с того древнего китайского языка, понимает его иначе, по-своему. Потому я собираю эти книги в разных переводах. Уже почти целую полку набрал.

Сижу, читаю, уплываю за облака от счастья. Глава о разведке... И вдруг в заключении - современный комментарий оксфордского профессора: разведка имеет огромное значение. Пример: немецкая разведка подбросила Сталину фальшивку...

Немецкая разведка во Второй мировой войне проявила такую дурь, которая заслуживает многотомного романа в духе бравого солдата Швейка. О Советском Союзе германская разведка не знала вообще ничего. Эту тему я выделяю в особое производство. Сам Гитлер разведку не любил, не понимал, брезговал ею. И вот Гитлера и его разведку нам приводят в пример. А Сталина, который ценил, понимал. любил добывание, обеспечение и обработку, который находил высшее наслаждение в общении с лучшими разведчиками своего времени, считают дураком и приводят нам в качестве примера отрицательного: глупенький, доверчивый.

Но надо помнить, что архивы германских разведслужб накануне падения рейха были сожжены, а высшие руководители ликвидированы. Проверить по документам ничего нельзя. Вот где простор для брехунов! И пошли недобитые гитлеровцы, которые о разведке не имели представления даже в пределах бульварного чтива, сочинять удивительные истории. Тухачевского Сталин расстрелял? Так это ж я документ подбросил! Так это ж я самого Сталина обманывал! Это я Красную Армию обезглавил сталинской рукой, да еще за это получил три миллиона золотых рублей!

И мы хором повторяем выдумки брехунов. И мы над Сталиным смеемся.

Но смеяться надо не над Сталиным, а над некоторыми высоколобыми экспертами. Хронология действий Сталина всем известна и документирована, а хронология действий гитлеровцев нам известна только из ничем не подтвержденного рассказа многократно уличенного во лжи и полной некомпетентности Шелленберга. Даже простое сравнение показывает, что реальные действия Сталина больше чем на год опережали мнимые действия гитлеровцев. Шелленберг, выдумывая свои истории, даже не удосужился полистать всем доступные материалы о московских процессах. Если бы прочитал, то его рассказ о совещании у Гитлера сдвинулся бы на пару лет вперед.

Но если бы очищение Красной Армии было осуществлено Сталиным не по собственным планам, а с немецкой подачи, то и тогда действия немцев были бы глупостью. В этом случае они помогли Сталину избавиться от тупых заевшихся палачей и открыть дорогу новому поколению настоящих полководцев, которые и переломали хребет Гитлеру и его хвастливой разведке.

Не Сталин поверил немецкому вранью, а некоторые наши уважаемые академики. Это вам, ученые товарищи, Шелленберг подбросил фальшивку про полученные от ГПУ золотые рубли в крупных купюрах с переписанными номерами.

Глава 19 ПРО ПОЛКОВОДЦА, КОТОРЫЙ ОБЛАДАЛ АНАЛИТИЧЕСКИМ УМОМ

 Иные коммунисты и сами не очень хорошо разбирались, что к чему. Их политическое мировоззрение ограничивалось иногда весьма простым понятием: "Все буржуи - враги революции. Поэтому с ними можно не церемониться".

 Генерал-лейтенант С.А. Калинин. Размышления о минувшем

1

После Гражданской войны у Советского Союза на востоке был один, но весьма грозный противник - Япония. В мирное время против Японии был развернут Дальневосточный фронт.

В течение двух межвоенных десятилетий почти бессменно верховным военным правителем советского Дальнего Востока был Маршал Советского Союза Василий Константинович Блюхер. В списке советских маршалов он был самым первым. Как мы уже знаем, советник президента России генерал-полковник Д.А. Волкогонов в своих книгах описывает Блюхера как "сильного военачальника", который "обладал аналитическим умом". К этому генерал Волкогонов добавил, что "такие Сталину были вряд ли нужны".

Действительно, такие Сталину были не нужны.

Но по другой причине.

Маршал Блюхер был арестован 22 октября 1938 года. Сидеть ему пришлось не долго. "Военно-исторический журнал" (1993. N 2) сообщает, что Блюхер "умер в тюрьме" 9 ноября 1938 года.

Столь быстрая смерть имеет простое объяснение: он умер под пытками.

Из этого факта делают, казалось бы, неоспоримые выводы. Если Сталин - злодей, значит, убитый в сталинской, тюрьме Блюхер - невинная жертва. Если Сталин - тиран, значит, Блюхер - добрый гений, защитник вдов и сирот. Если Сталин плохо начал войну, значит, Блюхер начал бы ее хорошо...

Вместо маршала Блюхера на должность командующего Дальневосточным фронтом вступил комкор Григорий Михайлович Штерн, который до этого был у Блюхера начальником штаба. С мая 1940 года Штерн - генерал-полковник. В начале 1941 года Штерн пошел на повышение, затем был арестован и расстрелян.

Для того чтобы оценить утрату Блюхера и Штерна, мы должны познакомится с тем, кто их сменил.

2

А сменил их матерый кавалерист-буденновец, ветеран 1-й Конной армии генерал армии Апанасенко Иосиф Родионович. Апанасенко - из самого верхнего этажа первоконнйков. Когда Буденный командовал корпусом, Апанасенко у него был командиром дивизии, то есть стоял всего на ступень ниже. Его фотография - в "Советской военной энциклопедии" (Т. 1. С. 216). Это лицо, скорее морда, свирепого пещерного человека.

О генерале армии Апанасенко лучше всех рассказал генерал-майор Петр Григорьевич Григоренко в своей книге "В подполье можно встретить только крыс" (Нью-Йорк, 1981). Перед войной подполковник Григоренко был офицером Оперативного управления штаба Дальневосточного фронта. Оперативное управление - самое важное подразделение штаба. Оно анализирует обстановку, вырабатывает решения для командующего, воплощает их в планы и приказы, контролирует и направляет ход боевых действий. Все другие подразделения штаба работают на Оперативное управление точно так, как все цеха завода работают в интересах одного сборочного.

Вот именно в этом, самом главном управлении штаба и служил Григоренко. Он имел уникальную возможность наблюдать командующего Дальневосточным фронтом генерала армии Апанасенко не на парадной трибуне, не на партийной конференции и даже не на пьянке после удачной охоты на волков, а в тиши главного рабочего зала бетонного бункера, там, где над картой обсуждаются варианты, там, где вырабатываются планы операций и войны.

Я вынужден цитировать большие куски из книги П.Г. Григоренко. На мой взгляд, они того заслуживают. Итак...

"За несколько месяцев до начала войны командующим Дальневосточным фронтом был назначен генерал армии Апанасенко Иосиф Родионович. Даже внешностью своей он был нам неприятен, не говоря уж о том, что за ним и впереди него шла слава самодура и человека малообразованного, неумного. По внешности он был как бы топором вырублен из ствола дуба. Могучая, но какая-то неотесанная фигура, грубые черты лица, голос громкий и хрипловатый, и в разговоре с большинством имеет какой-то издевательский оттенок. Когда ругается, выражений не выбирает, как правило, делает это в оскорбительном тоне и с употреблением бранных слов. И еще одно - несдержан. Может быстро прийти в бешенство, и тогда виновник пощады не жди. И хуже всего, что это состояние наблюдаемо. Вдруг из-под воротника кителя шея начинает краснеть, эта краснота быстро распространяется вверх - краснеют вся шея, подбородок, щеки, уши, лоб. Даже глаза наливаются кровью.

В общем, все мы были не в восторге от смены командующего. Однако очень скоро те, кто стоял ближе к Апанасенко, убедились, что идущая за ним слава во многом ни на чем не основана. Прежде всего мы скоро отметили колоссальный природный ум этого человека. Да, он необразован, но много читает и, главное, способен оценить предложения своих подчиненных, отобрать то, что в данных условиях наиболее целесообразно. Во-вторых, он смел. Если считает что-то целесообразным, то решает и делает, принимая всю ответственность на себя. Никогда не свалит вину на исполнителей, не поставит под удар подчиненного. Если считает кого-то из них виновным, то накажет сам. Ни наркому, ни трибуналу на расправу не дает. Я мог бы еще много хорошего сказать о нем, но лучше перейдем к примерам.

Почти одновременно с Апанасенко приехали много работников высшего звена фронтового управления, которые были отобраны им самим. Все эти люди - умные, что само по себе говорит в пользу Апанасенко. Ведь сумел же он их как-то распознать. Прибыл и новый начальник Оперативного управления генерал-майор Казаковцев Аркадий Кузьмич. Григорий Петрович Котов, как только передал ему оперплан, уехал к новому месту службы - на Украину. О передаче оперплана устно и письменно доложили начальнику штаба, а затем командующему. Апанасенко сразу же пожелал лично ознакомиться с оперпланом. Начали с плана прикрытия. Докладывал я, т.к. был ответствен за эту часть оперплана. Казаковцев стоял рядом. По мере доклада Апанасенко бросал отдельные реплики, высказывал суждения. Когда я начал докладывать о расположении фронтовых резервов, Апанасенко сказал:

- Правильно! Отсюда удобнее всего маневрировать. Создастся угроза здесь, мы сюда свои резервы, - и он повел рукой на юг. - А создастся здесь, сманеврируем сюда, - двинул рукой на запад.

Казаковцев, который молчал, когда рука Апанасенко двигалась на юг, теперь спокойно, как о чем-то незначительном, бросил:

- Сманеврируем, если японцы позволят.

- Как это? - насторожился Апанасенко.

- А так. На этой железной дороге 52 малых туннеля и больших моста. Стоит хоть один взорвать, и никуда мы ничего не повезем.

- Перейдем на автотранспорт. По грунту сманеврируем.

- Не выйдет. Нет грунтовки параллельно железной дороге.

У Апанасенко над воротником появилась красная полоска, которая быстро поползла вверх. С красным лицом, с налитыми кровью глазами он рявкнул:

- Как же так! Кричали: Дальний Восток - крепость! Дальний Восток - на замке! А оказывается, сидим здесь, как в мышеловке! - Он подбежал к телефону, поднял трубку: - Молева ко мне немедленно!

Через несколько минут вбежал встревоженный начальник инженеров фронта генерал-лейтенант инженерных войск Молев.

- Молев! Тебе известно, что от Хабаровска до Куйбышевки нет шоссейной дороги?

- Известно.

- Так что же ты молчишь? Или думаешь, что японцы тебе построят! Короче, месяц на подготовку, четыре месяца на строительство. А ты, - Апанасенко повернулся ко мне, - 1 сентября садишься в "газик" и едешь в Куйбышевку-Восточную. Оттуда мне позвони. Не доедешь, Молев, я не завидую твоей судьбе. А список тех, кто виновен, что дорога не построена, имей в кармане. Это твою судьбу не облегчит, но не так скучно будет там, куда я тебя загоню. Но если ты по-серьезному меня поймешь, то вот тебе мой совет. Определи всех, кто может участвовать в строительстве - воинские части и местное население, - всем им нарежь участки и установи сроки. Что нужно для стройки, составь заявку. Все дам. И веди строгий контроль. У меня на столе каждый день должна быть сводка выполнения плана. И отдельно - список не выполнивших план.

1 сентября 1941 года я приехал на "газике" из Хабаровска в Куйбышевку-Восточную и позвонил Апанасенко. На спидометре у меня добавилось 946 километров. Я видел, что сделано, и в начале и в конце этой дороги поставил бы бюсты Апанасенко. Любой более образованный человек остановился бы перед трудностью задачи. Апанасенко же видел только необходимость и искал пути достижения цели, борясь с трудностями и не останавливаясь перед ними. В связи с этой дорогой легенда о его самодурстве пополнилась новыми фактами. За время стройки двух секретарей райкомов он сдал в солдаты, что впоследствии было использовано против него как доказательство его диктаторских замашек.

Когда он принял командование, дорожная сеть, особенно в Приморье, была уже относительно развита. Но части дислоцировались не на дорогах. А подъездные пути шоссированы не были. Потому в распутицу во многие части можно было пробраться только на лошадях. Апанасенко загонял легковую в самую грязь подъездных путей, бросал ее там, а на другой уезжал, заявив во всеуслышание: "К таким разгильдяям я не ездок". Затем вызывал командира части к себе. Слухи о жестоких взысканиях, о снятии с должностей и понижении в званиях быстро распространились по частям. Все бросили все и занялись строительством подъездных путей. За какой-нибудь месяц во все городки вели прекрасные шоссе, а сами городки - улицы, технические парки, хозяйственные дворы - были загравированы, а кое-где и заасфальтированы. Не самодурство было все это. До сего времени невозможно было в распутицу выйти из городков по тревоге. Теперь же - в любое время года и суток выходи в бой. Вообще же дороги были слабостью Апанасенко. Сознаюсь, я - генштабист - теоретически понимал значение дорог, но так их чувствовать, так заботиться о них, как Апанасенко, не мог. Только Апанасенко привил нам всем, дальневосточникам, подлинное уважение к дорогам. Время его командования Дальневосточным фронтом с основанием можно назвать эпохой дорожного строительства и отличного содержания дорог.

Не таким был и грозным, как казалось, этот командующий. Его страшные приказы о снятиях, понижении в должности и звании были известны всем. Но мало кто знал, что ни один из наказанных не был забыт. Проходило некоторое время, Апанасенко вызывал наказанного и устанавливал испытательный срок: "Сам буду смотреть, справишься, все забудем, и в личное дело приказ не попадет. Не справишься, пеняй на себя!" И я не знаю ни одного случая, чтобы человек не исправился..."

3

Теперь вернемся к загубленным полководцам.

Первый вопрос: чем занимался 17 лет на Дальнем Востоке "сильный военачальник", "обладавший аналитическим умом" Маршал Советского Союза товарищ Блюхер?

Дальний Восток - это наш второй фронт. А могло случиться, что и первый. И вот оказывается, что если бы боевая тревога на Дальнем Востоке совпала с дождем, то наши дивизии из военных городков выйти просто не могли. Тот, кто на Дальнем Востоке не бывал, тот не знает, что такое бездорожье и грязь. Некоторые думают, что на Дальнем Востоке дороги такие же, как и в Европейской части России. Нет, дорогие товарищи, там хуже. У нас, в Приморье, - сопки, а между ними болота. А на вершинах сопок - тоже болота. А там, где не болото, там тайга. Дождь начинается в мае, кончается в сентябре. Дороги - тяжелый, крутой, вязкий кисель или озера с кисельными берегами. В конце лета - дикие наводнения.

И вот сидел на Дальнем Востоке "сильный военачальник с аналитическим умом" Маршал Советского Союза товарищ Блюхер. Сидел там со времен Гражданской войны. Сидел почти двадцать лет. И ни черта не делал. Не приведи Господи воевать. У него ни одна дивизия из-за грязи из своего городка выйти бы не смогла. А если бы и вышла, то помочь ей было бы невозможно. Стоило японцам взорвать любой мост на Великой сибирской магистрали, завалить любой туннель, и наши командиры не могли бы перебросить пополнения к месту боев, не могли подбросить снарядов. Мало того, взорвут японцы один мост или туннель, и снабжение из центра станет невозможным, и будет нарушено не только обеспечение всем необходимым всего Дальневосточного фронта и Тихоокеанского флота, но и прервется связь центральных районов страны с Северным Сахалином и с Колымским краем, нарушится производственная кооперация с военной промышленностью Дальнего Востока, в том числе с Комсомольском, где находились самый мощный в мире авиационный завод и один из крупнейших судостроительных заводов.

Сидел у высоких берегов Амура сильный полководец с аналитическим умом маршал Блюхер и сообразить не мог, что весь Дальний Восток - мышеловка, что японцам захлопнуть эту мышеловку можно было парой диверсантов и десятком килограммов динамита.

А в своем штабе аналитик Блюхер держал таких стратегов, которые всего этого просто не видели и своему командиру не подсказали.

О чем же думал великий стратегический аналитик товарищ Блюхер почти 20 лет? А ни о чем. У гениального стратега была небольшая слабость. Увлечение. "Литературная газета" (19 июля 1996 г.) об этой слабости говорит мягонько и ласково: Блюхер попивал... Иногда. Наш народ к этой слабости относится снисходительно. Наш народ эту слабость у подобных себе не научен замечать. И для того чтобы об этой слабости помнили и 50, и 60, и 70 лет спустя, товарищ Блюхер должен попивать весьма много и регулярно, напиваясь досыта. Так оно и было. Блюхер попивал так, что о его кутежах знала вся страна.

И не верю я в чудеса. Не мог многоженец и алкоголик Блюхер быть стратегом. Настоящий стратег не имеет времени на пьянку, настоящий стратег слишком дорожит своим временем, чтобы попусту его тратить на запои.

Никаких открытий товарищ Блюхер в военной науке не совершил. Трудов потомкам не оставил. В области теории - ноль. В области практики - минус. Случился в 1938 году пустяковый конфликт с японцами из-за двух сопок, и весь Дальневосточный фронт во главе с "сильным военачальником" опозорился на весь мир, несмотря на "аналитический ум" великого стратега. Об этом речь впереди.

Откуда же он взялся, сей попивающий военный мыслитель?

4

Страницы


[ 1 | 2 | 3 | 4 | 5 | 6 | 7 | 8 | 9 | 10 | 11 | 12 | 13 | 14 | 15 | 16 | 17 | 18 | 19 | 20 ]

предыдущая                     целиком                     следующая

Библиотека интересного

Виктор Суворов    Последняя республика     Последняя республика 2     Последняя республика 3     Тень победы     Беру свои слова обратно     Ледокол     Очищение     Аквариум     День М     Освободитель     Самоубийство     Контроль     Выбор     Спецназ     Змееед     Против всех. Первая книга трилогии «Хроника Великого десятилетия»     Облом. Вторая книга трилогии «Хроника Великого десятилетия»     Кузькина мать. Третья книга трилогии «Хроника Великого десятилетия» Варлам Шаламов Евгения Гинзбург Василий Аксенов Юрий Орлов Лев Разгон Владимир Буковский Михаил Шрейдер Олег Алкаев Анна Политковская Иван Солоневич Георгий Владимов Леонид Владимиров Леонид Кербер Марк Солонин Владимир Суравикин Александр Никонов Алекс Гольдфарб Ли Куан Ю Айн Рэнд Леонид Самутин Александр Подрабинек Юрий Фельштинский Эшли Вэнс

Библиотека эзотерики