09 Dec 2016 Fri 14:29 - Москва Торонто - 09 Dec 2016 Fri 07:29   

Большая часть наших программ любезным продавцом нам уже предустановлена – это инстинкты. Их очень много, потому что мы сложны и они составляют основу нашего поведения. Остальные программы наносные, мы их нарабатываем в течение жизни в процессе обучения. Они могут быть теми или иными – можно научиться говорить на русском, а можно на китайском. Можно наработать рефлекс прикрывать рот во время зевания, а можно зевать широкомасштабно и нестеснительно. Но основу, поведенческий базис мы получаем вместе с телом, наводя привнесенными программами лишь некоторый марафет. Кора служит подкорке, а мозг телу, а не наоборот.

Программы, вшитые в конструкт нашего тела, от него неотделимы. Собственно, и само построение тела начинается с программ – генетических. Именно они формируют тело – его каркас, органы, железы внутренней секреции, мозг. А как верно заметил в своей книге «Происхождение мозга» палеоневролог, доктор биологических наук Сергей Савельев, «морфологические принципы организации мозга образуют непреодолимый поведенческий барьер». Умри – лучше не скажешь!.. Как мы сделаны, так и ведем себя. Так что наша хваленая свобода воли ограничена нашим внутренним устройством. При этом надо помнить, что хотя мы все разные, но базовая модель у нас одна – обезьяна. И потому наша цивилизация – обезьянья.

Нам кажется, мы поступаем так, как хотим мы. Но практически всегда мы делаем то, что хочет наша обезьяна. А мы лишь постфактум объясняем словами свои поступки, выдумывая какие-то псевдорациональные причины для того, чтобы объяснить окружающим или самим себе, почему мы поступили так, а не иначе.

Инстинкт дает позыв и причину, и мы поступаем. А потом натужно чешем репу, если нужно оформить свой поступок словесно. Порой это выглядит смешно. Когда, например, человек, у которого сильно выражена ксенофобия, начинает выдумывать какие-то причины, отчего чужаки – это плохо, и почему от них нужно избавляться.

Если человек совершает подлость, спасая свою шкуру и предавая других, он делает это под влиянием инстинкта. Если человек совершает подвиг, спасая других, он делает это под влиянием инстинкта. Просто разные инстинкты у разных особей выражены по-разному. Что не удивительно, у нас ведь и рост разный, и цвет глаз, и характер.

Кроме того, нужно помнить, что нервная система, этот великий координатор организма, есть приспособа весьма энергоемкая. В периоды интенсивной работы мозг потребляет до четверти энергоресурсов организма, а у мелких животных и больше! При этом мозг составляет всего 1/50-ю часть от веса тела!.. В моменты умственной деятельности – если такие моменты у вас в жизни были, конечно, – вы наверняка отмечали, что голова будто раздута и словно бы нагрета. А между тем никакого дополнительного кулера с целью ее охлаждения не предусмотрено!

Понятно, что такой форсаж поддерживать в постоянном режиме просто невозможно. Нужно как-то минимизировать затраты, чтобы не изобретать каждый раз велосипед. Для этого и существуют условные рефлексы и стереотипы, то есть приобретенные программки, которые, будучи однажды наработанными, потом включаются автоматически, не требуя анализа. С перегретой головой мы ходим не часто. Чаще там ветер свистит. Поэтому большую часть своей сознательной жизни мы проживаем неосознанно, реагируя инстинктивно, рефлекторно или стереотипно. То есть экономично. Лениво.

Так что граждане, которые слишком о себе возомнили, решительно открестившись от животного мира, слишком поторопились. Практически все их поведение в базе своей инстинктивно и направлено на удовлетворение базовых же телесных потребностей. А разум просто усложнил и надстроил эти потребности вещественно и поведенчески, не ликвидировав их фундамента. Потому что разум всего лишь слуга тела. Без тела он не существует. Причем тело часто побеждает разум: люди разумом понимают, что должны больше двигаться, не переедать, не есть сладкого… Но телесная леность и любовь в плотским удовольствиям чаще всего разум пересиливают. И мозг покоряется телу. Хотя и понимает, что это сокращает длительность его бренного существования в нашем мире. На разве телу это объяснишь? Оно ведь слов не понимает!

И потому тело рулит корой!

Но кому принадлежит это тело? Что мы представляем собой как вид? И какое поведение характерно именно для нашего вида?


Часть 2

Число зверя

Тот, кто не видел живого марсианина, вряд ли может представить себе его страшную, отвратительную внешность. Треугольный рот с выступающей верхней губой, полнейшее отсутствие лба, никаких признаков подбородка под клинообразной нижней губой, непрерывное подергивание рта, щупальца, как у горгоны… в особенности же огромные пристальные глаза – все это было омерзительно до тошноты. Маслянистая темная кожа напоминала скользкую поверхность гриба, медленные движения внушали невыразимый ужас.

Герберт Уэллс

Человек представляет сам для себя загадку. Вы ведь наверняка задумались, отвечая на вопрос, моногамен наш вид или нет, потому что, с одной стороны, вроде бы моногамен, а с другой – тут же вспоминаются полигамные семьи в мусульманском мире. А ведь мусульмане не от моржей произошли!

Хищники мы или нет? С одной стороны, мы едим мясо, да и автор данной книги в первой ее части, сравнивая распространение нашего вида по планете, сопровождающееся уничтожением мегафауны и природных ландшафтов, говорил о «новом хищнике». Если бы мы произошли от робких травоядных, то быть может, и запустили бы процесс опустынивания, пожрав траву и растительность, но уж точно наше распространение по планете не сопровождалось бы пожиранием мегафауны. Потому что мясо для травоядных не видовая еда.

А для нас – видовая?

На эти вопросы я в свое время вскользь отвечал в книге «Апгрейд обезьяны», но теперь придется углубиться в проблему подробнее. А также задать новый вопрос, более широкий – от каких существ вообще мог произойти разумный вид? В самом деле, чего нам замыкаться в рамках планеты Земля, если звездных систем во Вселенной – миллиарды? Скажем сразу за всех! Преподнесем читателю такой подарок в виде бонуса.

Сейчас зверь будет мною сочтен. Но сначала заглянем этому подарку в зубы.


Глава 1

На что зуб наточен?

Усы, лапы и хвост – вот мои документы!

Кот Матроскин

Их, как известно, у нас 32. У слона всего 6 зубов, у зайца их 28, у волка 42, у кошки 30, у акулы 300, а у улитки 30 тысяч!.. Но воюют не числом, а умением. Значит, число зубов еще ни о чем не говорит. Поэтому бессмысленными подсчетами заниматься не будем, а перейдем сразу к функционалу.

Зубы бывают трех видов – клыки, резцы и коренные. Возьмем слонов. Они травоядные и довольно крупные при этом. Это значит, что слонам нужно довольно много пищи. Слон питается по 14-16 часов в день, постоянно пережевывая зелень. Столь завидное трудолюбие не от хорошей жизни – слон должен успеть за сутки съесть два с лишним центнера травы, чтобы не умереть с голоду. А ведь еще поспать нужно!

Вся эта масса перетирается четырьмя коренными зубами – два сверху и два снизу, справа и слева. Зубы у слона длинные, во всю челюсть, нагрузка на них огромная, поэтому растут они практически всю жизнь. И представляют собой костяные гребни с плоскими вершинами для измельчения растительной пищи. Еще два слоновьих зуба – это бивни. Ими слоны ловко подрезают и сдирают кору с деревьев.

Похожими, хотя и не такими длинными, зубами для перетирания обладают и другие травоядные – коровы, лошади. А вот хищникам необходимы приспособления иной формы. Им нужны приспособления для захвата, поэтому хищники имеют развитые клыки. И когти.

Теперь нужно прояснить такой тонкий, но важный момент – кого считать хищником? Многим кажется, что хищником является то создание, которое питается другими представителями фауны и только фауны, а не флоры. При этом сам хищник может быть как фауной, так и флорой – ну есть же хищные растения, которые питаются мухами!

Однако тут есть свои тонкости… Возьмем китообразных. Касатка – безусловный хищник. Она охотится и на других китообразных, и тюленя с удовольствием слопает. А вот синего кита никто хищником не назовет. У него и зубов хищных, как у касатки, нету. У него вместо зубов китовый ус, то есть сеть, через которую кит фильтрует… А что фильтрует? Криль! Синий кит съедает в сутки до тонны креветок. Но ведь креветки – это не растения, а вполне себе рачки! Почему же мы не считаем синего кита хищником?

Да по той же причине, по которой никто не назовет хищной птицей курицу, которая склевала червячка. Хищная птица – это сокол, который бьет других птиц. Или филин, который питается млекопитающими (мышками). Иными словами, хищным созданием мы называем то, которое питается существами своего таксона или «рангом» выше. Если птица ест насекомых, она не хищник, а тихая добрая птичка. Если цапля съела лягушку, она тоже не хищник, потому как что такое лягушка? Сплошное недоразумение! А вот если жаба съест мышь, то она хищник. И если варан съел оленя или ящерицу, он тоже хищник. Паук или богомол, съевшие мышку, – хищники.

В общем, этакий «биологически расизм» – если ты ешь что-то более примитивное, чем сам, то ты кто угодно, но не хищник. Насекомоядное, например. А если ты завалил себе подобного или даже нечто более совершенное по конструкции, чем сам, ты гордый хищник и тебе медаль!

А человек кто?

Этот вопрос порой раздирает интернет-пространство – в тех его местах, где собираются вегетарианцы и их противники. Они могут спорить об этом часами. И аргументация веганов, надо сказать, порой бывает не только весьма остроумной, но и чертовски точной с биологической точки зрения. Например:

«Если вы считаете, что человек является хищником, предлагаю вам попробовать поймать, убить и съесть зайца. Обычного ушастого зайца, живущего в лесах средней полосы. Волки, лисы, совы и многие другие хищники живут за счет этих милых ушастых созданий. Они на них охотятся и едят. Если вы хищник, то зайцы просто созданы именно для вас!

Поймать зайца?

Нереальная задача, если честно. Вы никогда не догоните зайца. Никогда! Даже если вы будете чемпионом мира по бегу, он от вас убежит. Но самое сложное – это его отыскать в лесу! У вас нет нюха, чтобы выследить зайца по его следам. У вас слабое зрение, вы не увидите его в темном лесу, пока он не подойдет к вам вплотную, чтобы подивится на такое нелепое и слабое существо как вы. Они так часто делают, любопытные твари они совсем не боятся и не уважают человека.

Вы не услышите зайца, так как у вас нет слуха как у хищника. Например, сова в полете слышит, как мышка шуршит под толстым слоем снега. Вы же не услышите даже топота тысячной армии зайцев, которые вас окружают в темном лесу.

Но даже если вы и выследите его (скорее он вас), то не сможете даже близко приблизится к зайцу, так как не умеете бесшумно передвигаться по лесу, у вас просто для этого нет мягких лап, как у лисы или волка. Вы большой, неуклюжий и неловкий!

Убить зайца?

Допустим, вам удалось поймать зайца. Вероятно, это был старый и больной заяц-пенсионер, решивший покончить с собой изысканным способом. Думаете, вы сможете его убить?

Вы знаете, что зайцы нереально сильны? Ударом задних лап, на которых острые когти, они могут серьезно вас травмировать, настолько, что вы окажетесь в больнице. Опытные охотники это прекрасно знают. Но самое опасное – это их длинные и острые зубы. Когда вы схватите зайца руками, а больше вам его хватать нечем, он вам так располосует руку, что хорошо если вы когда-нибудь еще сможете ею пользоваться. Как вы понимаете, ухватить зайца за уши, как кролика, вам не удастся.

И даже если вы его успешно схватили и избежали могучих лап и острых зубов, как вы собираетесь его убить? Задушить? Вы представляете себе задачу схватить за шею отчаянно извивающееся и дрыгающееся существо? И даже пусть эта нереальная задача будет вами достигнута, как вы собираетесь его душить? Или вы всерьез надеялись сломать ему шею?..

Попробуйте перегрызть зайцу шею, как это делают все хищники! Впивайтесь зубами в его твердое тело, покрытое густой шерстью, и попробуйте прокусить эту шкуру! А мы все вместе посмеемся. Скорее заяц вас загрызет, чем вы его!

Съесть зайца?

Допустим, вы его поймали и убили. Вероятно, он сам умер от смеха, пока вы его пытались задушить. Как вы собираетесь его съесть? Со шкурой и костями? Ножа у вас нет, ободрать голыми руками вы не сможете – у вас для этого нет ни когтей ни зубов. Вам придется жевать зайца вместе с шерстью. Что из этого выйдет, я думаю, вам понятно, и если вас не вырвет сразу, то скорее всего вы умрете в муках от проблем в кишечнике, забитым шерстью и костями… Хищник сожрет зайца с потрохами и костями за пару минут, и через несколько часов все это успешно у него перевариться. Вы же от такого блюда попадете в операционный зал, где вам будут спасать жизнь.

Так какие же вы, на фиг, хищники, если даже зайца поймать и съесть не можете?.. Так что человек – хищник или вегетарианец? Если и хищник, то уж слишком нелепый».

Смешно. Но вопрос-то резонный – если человек конструктивно не приспособлен для загонной (как псовые) или засадной (как кошачьи) охоты, то какой же он хищник?

Да, изобретя огонь и каменное оружие, мы стали «искусственным хищником». И то весьма относительным, потому что сырое мясо, как прочие хищники, мы не едим, практически всегда подвергая его предварительной обработке вне желудка с помощью огня, а то без этого и помереть можно (по некоторым данным, смертельная доза сырого мяса – около 1 кг; испытания проводить не рекомендую). Отсутствие ярко выраженных клыков и когтей также не говорит в пользу нашего хищничества. То редуцированное убожество, которое ныне представляют собой наши трогательные клычки и нежные ноготки, говорит лишь о том, что когда-то наши далекие предки, возможно, на кого-то и охотились, лазая по деревьям, но скорее всего это были крупные насекомые, потому что мы потомки насекомоядных. А наши коренные зубы больше подходят для перетирания зерен или, на худой конец, перемалывания хитиновых оболочек насекомых.

Да и желудочно-кишечный тракт наш, если присмотреться, на хищнический никак не тянет. Впрочем, и на травоядный тоже. Остап Бендер предполагал, будто гражданин Корейко произошел от коровы. Если бы это было так, гражданин Корейко питался бы травой, а его желудочно-кишечный тракт был бы устроен следующим образом…

Желудок гражданина Корейко, к удивлению Остапа, состоял бы из 4 отделов. Сначала слегка пожеванная гражданином Корейко зелень поступала бы в так называемый рубец. Рубец – это склад, где происходит хранение и первичная переработка в виде бактериального брожения. Когда склад заполнен, Корейко отрыгивает из рубца небольшие порции травы обратно в пасть и там ее задумчиво дожевывает по второму разу, неизменно наслаждаясь процессом.

Пережеванная повторно и обильно сдобренная слюной трава в виде кашицы идет обратно в пищепровод и уже оттуда, минуя склад, направляется в так называемую сетку, а затем в книжку, где происходит ферментация. Книжка называется книжкой за огромное количество «листов» или складок, то есть за большой объем поверхности данного отдела, где происходит переработка пищи бактериями-симбионтами и поглощение продуктов выделения этих бактерий развитыми стенками желудка. Четвертый отдел – сычуг – является завершающим, только в нем и происходит выделение желудочного сока.

У хищников строение желудка попроще будет. Он у них однокамерный, потому что хищник ест готовое мясо и ему, в отличие от травоядного, строя свое тело, не нужно делать мясо из травы. Корова уже постаралась и произвела с помощью своего сложного пищеварительного аппарата из растительной пищи мясо своего тела, которое хищник в уже готовом виде поедает.

Кстати, не все травоядные имеют такой интересный «четырехтактный двигатель» внутри, как уважаемые парнокопытные коровы. Лошади, то есть существа непарнокопытные, сделаны немного по-другому. У них желудок однокамерный и дополнительное переваривание происходит в аппендиксе, который вмещает до 40 литров, и в толстом кишечнике. Даже по этому описанию понятно, что лошадь работает абы как и менее приспособлена для неспешного вдумчивого переваривания травы. Сравните сами – если у коровы объем сложносочиненного желудка составляет 200 литров, то у лошади всего 20. На порядок меньше! Оттого, несмотря на длинный кишечник, усваиваемость травы у лошади ниже, а навоз гуще. Сравните коровьи «лепешки» и конские «яблоки».

Лошадь жалко…

Про жалкую лошадь я завел речь не зря. Тот факт, что КПД «мотора» у несчастных непарнокопытных ниже, делает существование маленьких лошадок невозможным. Самая маленькая лошадка на планете размером с крупную собаку (30 кг), а самая маленькое парнокопытное – размером с кошку (2,5 кг). Разница по массе – на порядок! А все дело в том, что из-за несовершенства пищеварительного тракта и, соответственно, низкой усвояемости пищи, лошадкам меньшего размера просто не хватит энергии для существования, они и так работают на пределе тактико-технических характеристик, поскольку у маленьких животных в расчете на килограмм тела потребность в пище выше – за счет масштабного фактора (о котором ниже).

В этом смысле лошади не классические травоядные. Классические травоядные должны иметь такой желудочно-кишечный тракт, который я описал выше, рассказывая про корову. Лошадь его не имеет, и отсюда видно, что лошадь делалась на основе какой-то иной конструкции, по обходным технологиям. Действительно, предки лошадей – эогиппусы – были всеядными, поэтому у современных лошадей желудок по старой памяти остался однокамерным, лишь маленько модернизировавшись для приема одной травы.

Слон, с которого мы начали эту главу, тоже «однокамерный». И он тоже вынужден использовать вместо рубца, присущего жвачным, слепую и ободочную кишки для допобработки. Да и сам кишечный тракт огромного слона имеет всего 30–35 метров длины, как у сравнительно небольшой но по-настоящему травоядной коровы. Поэтому ЖКТ слонов малоэффективен, почти половина съеденной слоном зеленой массы не усваивается его организмом и выбрасывается наружу, делая помет слона чрезвычайно вкусным и питательным для разной мелкой живности, на которую в этом смысле просто манна небесная валится. Кроме того, непереваренные зерна в навозе слонов часто прорастают, используя то прекрасное месиво, в котором находятся в качестве удобрения. Таким образом, слоны являются мощным формирующим ландшафты агентом, о чем, впрочем, мы уже говорили.

А все потому, что далекие предки слонов были всеядными созданиями, отдаленно напоминающими свиней с узкой мордой, которые жили в заболоченных местах и ничем не брезговали. Именно от них слонам и досталась «однокамерная конструкция». Но даже не будучи осведомленными о далеких предках слонов, про их всеядность можно догадаться, зная, что ближайшими родственниками слонов являются дюгони и ламантины. Они хоть и питаются в основном растительностью – водорослями, – но порой не прочь проглотить небольшую рыбешку, моллюска или краба – однокамерный желудок позволяет переработать и это.

У человека желудок тоже однокамерный. Значит, мы не истинное травоядное. При этом, как мы имели счастье убедиться чуть выше, человек совершенно точно и не хищник, ему даже с зайцем справиться трудно.

Длина кишечника у человека не так велика, как у травоядных, но и не так коротка, как у хищников. У хищника длина желудочно-кишечного тракта всего в 3 раза превышает длину тела, потому как больше и не надо: будучи сделанными из мяса, хищники поедают уже готовое мясо и весьма радуются этому обстоятельству. А вот травоядным, как уже было сказано, нужна целая фабрика по производству своего мясного тела из травы. Поэтому у травоядных длина кишечника в 8-10 раз больше длины тела.

А у человека?

А у человека ни то ни се – его кишечник в 6 раз длиннее туловища.

Кроме того, толстая кишка у хищников не только короткая, но и гладкая. А вот у травоядных она длинная и напоминает перевязанную веревками вареную колбасу или чугунный радиатор парового отопления с развитой поверхностью. У людей толстый кишечник тоже такой – как у травоядных! Если вы посмотрите на анатомические картинки, то увидите, что располагается эта батарея отопления весьма хитро – она словно обнимает все внутренние органы, поднимаясь снизу верх и затем опускаясь вниз, обогревая обнятое.

Откуда в толстой кишке берется тепло? От жизнедеятельности живущих там микроорганизмов, которые поедают клетчатку. Одноклеточные в процессе своей жизнедеятельности выделяют просто уйму тепла! Это тепло может даже стать причиной пожара, скажем, на элеваторе, где микробы активно кушают влажное зерно. Такая же ситуация и у нас внутри.

Если не верите, можете провести такой эксперимент – начать голодание, перейдя на сжигание внутренних запасов жира. Казалось бы, печка исправно горит, организм худеет, сжигая подкожное сало. Но вас все время знобит! Почему? Да потому, что, не подавая топливо (клетчатку) микробам толстого кишечника, вы отключили главную батарею организма. В толстом кишечнике очень густая кровеносная сеть. Там кровь не только забирает питание, то есть продукты выделений наших микробов-симбионтов, но и обогревается. А вот когда вы начнете морить своих маленьких друзей голодом, станете замерзать.

Теперь посмотрим в человеческий желудок. Чего там?

Кислотность желудочного сока у хищников, измеряемая в рН, равна 1. У травоядных это значение приближается к 5. А у человека – около 4. При этом не забывайте, что шкала рН – логарифмическая, то есть изменение значения на единицу в ней соответствует десятикратному превышению или понижению параметра. Это значит, что по кислотности желудочного сока мы стоим гораздо ближе к травоядным, чем к хищникам, желудок которых переваривает не только сырое мясо, но и шкуру, шерсть, кости.

Чтобы эти самые кости пролезали в желудок, пищевод хищника относительно широк, в отличие от узкого пищевода травоядных, проглатывающих пережеванную в тюрю траву. А для получения этой тюри в ротовой полости травоядных наличествует огромное количество слюнных желез. Они не только способствуют легкому проглатыванию, но и участвуют в процессе пищеварения. В силу неудобоваримости растительной пищи, ее переваривание начинается практически сразу после попадания в организм – во рту, с помощью слюны. Например, слюна растительноядных, которые едят клубни и зернышки, содержит ферменты, способствующие переработке крахмала, который встречается в растительной пище, но не встречается в мясе. Поэтому у хищников такого фермента в слюне нет. Хищник вообще не жует пищу в нашем понимании, он ее кромсает и закидывает через широкую трубу пищепровода в луженый котел с соляной кислотой.

А у человека во рту с этим как? А у человека слюна содержит амилазу, то есть пищевые ферменты, перерабатывающие крахмал.

Теперь возьмем анализ крови на тот же показатель – рН. У хищника рН крови равен 7,2. У растительноядного зверя – 7,6. А у такого животного, как человек, показатель расположен аккурат посерединке – 7,4. Это не такая уж и маленькая разница. Вспомнив о логарифмичности шкалы рН, мы поймем, что кровь одних и других по числу свободных ионов водорода различается примерно вдвое.

Идем дальше. Хищники не имеют потовых желез. Как вы знаете, собака осуществляет терморегуляцию, вывалив наружу язык. А вот конь потеет. И мы потеем.

Хищники рождают слепых детенышей, а травоядные – зрячих. Наши самки рождают, как вы знаете, зрячих младенцев.

Кошки и собаки – классические хищники – пьют воду, лакая. А коровы, лошади и люди – всасывая.

У хищников в помете целая куча щенков или котят. Травоядные и люди рождают одного, редко двух.

Хищники в природе едят не часто – раз в несколько дней. Они набивают себе брюхо несколькими килограммами мяса и спят, спокойно переваривая его. Кошка, например, может проспать две трети суток… Растительноядные вынуждены питаться дробно и часто. У нас тоже завтрак, обед и ужин – вынь да положь!

Хищники плохо различают цвета, им это не обязательно. А вот для растительноядных отличить зрелый красный плод от недозрелого желтого очень важно. Кроме того, насекомоядных созданий опасные насекомые своей цветной расцветкой просто предупреждают: «Не ешь меня, я очень больно кусаюсь!» Именно поэтому глупые детеныши человека, которым показывают черно-желтые полоски, пугаются и порой даже начинают плакать. Это инстинктивный страх, наработанный сотнями тысяч лет. На этом генетическом страхе основана вся наша строительно-предупреждающая символика с желто-черными полосками.

Кстати, о глазах… У хищника бинокулярное зрение, то есть оба глаза направлены вперед для лучшего прицеливания. Бросок должен быть точным! Вспомните тех, кто ест живое, – льва, волка, филина… Они все обоими глазами смотрят вперед, на цель!

А у тех, кого едят, глаза, напротив, расставлены широко, как у коров или лошадей, чтобы иметь возможность обозревать местность почти на 360°, дабы в случае чего сразу заметить подозрительное движение и быстро сдернуть.

– Но ведь у людей глаза направлены вперед! – воскликнет читатель, уже привыкший, что его плавно уводят от хищничества, и тут неожиданно воспрянувший духом.

Да, зрение у нас бинокулярное, друг-читатель, но точный прицел был нужен нашим предкам не для охоты, а для прыжков с ветки на ветку. Мы ведь все потомки древолазов. Наш утерянный рай – бесконечный океан тропических крон. И тут точный прицел даже важнее, поскольку промах на охоте означает только необходимость новой попытки, а промах при прыжке с ветки на ветку – падение и смерть.

Так что же получается в итоге? Кто мы?

По длине кишечника и щелочному составу крови – нечто среднее между хищниками и травоядными. По кислотности желудочного сока ближе к травоядным. По отсутствию рубца – к хищникам. По морфологии тела (отсутствие клыков и когтей, потовые железы и пр.) скорее растительноядные.

Что в результате?

Мы – всеядные! Типа свиней или крыс. Но все-таки ближе к растительноядным. Правильнее было бы назвать нас плодоядными или зерноядными. Да, мы можем есть животный белок, но легкий – прыгая по веткам, перехватить сырое птичье яйцо в гнезде, съесть мягкую, толстую, вкусную личинку или полуразложившуюся, то есть уже ферментированную падаль. Падаль – потому что сырое мясо для нас пища точно невидовая, слишком тяжелая. А гниение мяса (или деструкция мяса огнем) приближает его к нашему порогу усвояемости.

Короче говоря, мы действительно в состоянии, в силу универсальности пищеварительного аппарата, есть чужую плоть. Но мы можем запросто отказаться от мяса полностью и перейти на растительную пищу, и ничего дурного не случится – напротив, будет меньше проблем с артрозами и подаграми. А вот перейти целиком на мясную пищу для человека в самом буквально смысле означает смерть. И не надо говорить про северные народности, которые всю жизнь «только мясом и питаются»! Потому что это весьма распространенное заблуждение.

Летняя тундра дает огромное количество растительной пищи, которую якуты и прочие чукчи с эскимосами заготавливали впрок на зиму. Ну, про морошку, клюкву, бруснику, шикшу, голубику, чернику, шиповник и ягоды жимолости говорить не буду, сами можете припомнить эти подарки северной природы. А еще есть дикорастущий лук, корни и побеги горца живородящего, папоротник, орехи кедрового стланика, листья иван-чая, водоросли… Корни и травы северные люди консервировали, заливая моржовым или тюленьим жиром в мехах из тюленьей же кожи.

Кора низкорослого тальника использовалась как приправа к нерпичьему жиру. Кора ивы, которую на зиму запасали в ямах, также употреблялась с мясом. Равно как и ивовые прутья и листья. Из листьев делали нечто вроде теста, перемешивая с жиром нерпы, давали этому месиву забродить, то есть пройти процесс ферментации вне желудка, после чего замораживали в естественном природном холодильнике – мерзлоте, сберегая таким образом на зиму. Ну а свежие нежные ветки и побеги ели по весне и в начале лета просто сырыми. Наконец, всегда можно было найти зеленую, уже ферментированную массу в желудке оленя.

Кстати, о желудках… На Чукотке был довольно любопытный способ запасания на зиму зелени – листья низкорослой ивы красивой кипятят в течение часа, после чего складывают в вывернутые оленьи желудки и заливают ивовым отваром. Есть и другой способ – просто залить листья холодной водой под гнетом. И зимой употреблять вместе с мясом и китовым жиром.

Клетчатка нашему виду необходима!..

И вот теперь, поняв, кто есть homo sapiens по природе своей, переходим к следующему вопросу – а могли ли мы быть другими?


Глава 2

Межпланетный конструктор

Как ни собираю, все время пулемет получается…

Из советского анекдота

Креационистов, то есть людей, верящих в сказки, очень нервирует, что человек произошел от обезьяны. Не хотят они этого всей душой! Протестуют. Открещиваются, как Каины от своего брата. Смешна им обезьяна. Или противна. А может, просто себя в ней узнают, и это не радует.

Люди, более близкие к науке, обычно возражают сказочникам: «Дарвин никогда не говорил, что мы произошли от обезьян, он писал, что человек и современные обезьяны имели общих предков».

И те и другие не правы.


Страницы


[ 1 | 2 | 3 | 4 | 5 | 6 | 7 | 8 | 9 | 10 | 11 | 12 | 13 | 14 | 15 ]

предыдущая                     целиком                     следующая