07 Dec 2016 Wed 21:12 - Москва Торонто - 07 Dec 2016 Wed 14:12   

– В это время я был где-то рядом с Бали [самый западный из Малых Зондских островов Малайского архипелага, старинный центр индонезийской культуры и народных искусств («остров тысячи храмов»)]. Мне неприятно, что весь Нью-Йорк видел статую до меня. Но на яхте я не читаю газет. Я отдал приказ вышвырнуть за борт любого, кто принесет на яхту газету Винанда.

– Так вы не видели даже фотографий храма Стоддарда?

– Нет. Здание было достойно статуи?

– Статуя была почти достойна здания.

– Оно ведь было разрушено, правда?

– Да. С помощью газет Винанда.

Он пожал плечами:

– Помню, для Альвы Скаррета это были славные деньки. Большая сенсация. К сожалению, я все пропустил. Но Альва хорошо поработал. Да, кстати, откуда вы узнали, что я отсутствовал, и почему сам факт моего отсутствия остался в вашей памяти?

– Эта сенсация стоила мне работы у вас.

Работы? У меня?

– Разве вы не знаете, что раньше мое имя было Доминик Франкон?

Его плечи под пиджаком модного покроя подались вперед – знак растерянности и беспомощности. Он просто смотрел на нее несколько секунд, затем сказал:

– Нет.

Безразлично улыбнувшись, она сказала:

– Кажется, Тухи хотелось все как можно больше усложнить для нас обоих.

– К черту Тухи. Мне надо с этим разобраться. Ничего не понимаю. Так вы – Доминик Франкон?

– Была.

– И вы работали здесь, в этом здании?

– Шесть лет.

– А почему я раньше вас никогда не встречал?

– Уверена, что вы не встречаетесь с каждой вашей служащей.

– Я думаю, вы понимаете, что я имею в виду.

– Хотите, чтобы я выразила это за вас?

– Да.

– Почему я не пыталась встретиться с вами раньше?

– Да.

– У меня не было желания.

– А вот этого я как раз и не понимаю.

– Мне следует пропустить это мимо ушей – или понять?

– С вашей красотой и знанием моей репутации, отчего же вы не пытались устроить свою карьеру в «Знамени»?

– Мне никогда не хотелось настоящей карьеры в «Знамени».

– Почему?

– Возможно, по той же причине, которая заставила вас запретить газеты Винанда на своей яхте.

– Это неплохая причина, – спокойно согласился он. Потом спросил беззаботным тоном: – Интересно, что же вы сделали, что я вас уволил? Пошли против нашей политики, скорей всего?

– Я пыталась защитить храм Стоддарда.

– Вы что, не могли придумать ничего лучше, чем проявить искренность в «Знамени»?

– Я рассчитывала сказать это вам, если бы вы дали мне такую возможность.

– Забавлялись?

– Тогда – нисколько. Мне нравилось здесь работать.

– Кажется, в этом здании вы одна такая.

– Одна из двоих.

– А кто второй?

– Вы, мистер Винанд.

– Не будьте так уверены. – Подняв голову, он увидел в ее глазах легкую насмешку и сказал: – Вы хотели поймать меня на подобном заявлении?

– Пожалуй, – спокойно ответила она.

– Доминик Франкон… – произнес он. – Мне нравились ваши статьи. Я почти жалею, что вы пришли не просить вернуть вас на прежнюю работу.

– Я пришла договориться о Стоунридже.

– Ах да, конечно. – Он откинулся в кресле, приготовившись наслаждаться длинной речью, призванной его убедить. Он подумал, что интересно услышать доводы, к которым она прибегнет, и увидеть, какова она в роли просительницы. – Так что же вы хотели мне сказать по этому поводу?

– Я бы хотела, чтобы вы отдали этот заказ моему мужу. Я понимаю, конечно, что у вас нет причин это делать, – если взамен я не соглашусь переспать с вами. Если это является для вас достаточно веской причиной, я согласна.

Он молча смотрел на нее, не позволяя себе никак проявить свою реакцию. Она смотрела слегка удивленно: что же он медлит, будто ее слова не заслуживают внимания. Ему не удалось, хотя он напряженно искал, увидеть на ее лице ничего, кроме неуместно невозмутимой невинности.

Он сказал:

– Именно это я и намеревался предложить. Но не так грубо и не при первой встрече.

– Я сэкономила ваше время и помогла обойтись без лжи.

– Вы очень любите своего мужа?

– Я презираю его.

– У вас огромная вера в его художественный гений?

– Я полагаю, он третьеразрядный архитектор.

– Так почему же вы это делаете?

– Это меня забавляет.

– Я думал, что я единственный человек, руководствующийся этим принципом.

– Не обращайте внимания. Я не верю, чтобы вы когда-нибудь считали оригинальность желанной добродетелью, мистер Винанд.

– Так вам безразлично, получит ваш муж Стоунридж или нет?

– Абсолютно.

– И у вас нет никакого желания спать со мной?

– Никакого.

– Я мог бы восхищаться женщиной, которая способна разыграть такую сцену. Но ведь вы не играете.

– Не играю. И, пожалуйста, не восхищайтесь мной. Я хотела бы избежать этого.

Когда он улыбался, явных движений лицевых мускулов не требовалось; что-то похожее на усмешку всегда было на его лице, просто на мгновение она проступала резче, а затем вновь пряталась. Сейчас усмешка стала видна отчетливее.

– Фактически, – начал он, – что ни говори, ваша основная цель – я. Желание отдаться мне. – Он заметил взгляд, который она не сумела скрыть, и добавил: – Нет, не радуйтесь, что я допустил столь грубую ошибку. Я говорю это не в обычном смысле. Совсем наоборот. Разве вы не сказали, что считаете меня предпоследним человеком в мире? Вам не нужен Стоунридж. Вы хотите продаться из самых низменных побуждений самому низкому из людей, которого вам удалось найти.

– Я не ожидала, что вы поймете, – просто сказала она.

– Вы хотите – так делают иногда мужчины, но не женщины – выразить через половой акт полнейшее презрение ко мне.

– Нет, мистер Винанд. К себе.

Тонкая линия его рта слегка дрогнула, как первый намек на откровенность – непроизвольный, а потому говорящий о слабости, – и он очень следил за своими губами, говоря:

– Большинство людей из кожи вон лезут, стараясь убедить себя, что они себя уважают.

– Согласна.

– И конечно, это стремление к самоуважению является доказательством его отсутствия.

– Согласна.

– Следовательно, вы понимаете, что означает стремление презирать самого себя.

– То, что ничего у меня из этого не выйдет.

– Никогда.

– Не ожидала, что вы и это поймете.

– Я не хочу больше ничего говорить – вы можете перестать считать меня предпоследним человеком на свете, и я перестану подходить для вашей цели. – Он поднялся. – Должен ли я выразить официально, что принимаю ваше предложение?

Она склонила голову в знак согласия.

– Если быть откровенным, – сказал он, – мне все равно, кого выбрать для строительства Стоунриджа. Я никогда не нанимал хороших архитекторов для того, что строил. Я давал народу то, что он хочет. На этот раз мне захотелось подобрать что-то получше, потому что я устал от неумех, которые на меня работают, но выбирать без определенных критериев весьма трудно. Думаю, вы не будете возражать. Я действительно вам благодарен – вы даете мне намного больше, чем я смел надеяться.

– Я рада, что вы не сказали, что всегда восхищались гением Питера Китинга.

– А вы не сказали, как счастливы пополнить собой список выдающихся любовниц Гейла Винанда.

– Можете радоваться, если хотите, но я полагаю, что мы поладим.

– Вполне возможно. По крайней мере, выдали мне новую возможность: делать то, что я делал всегда, но честно. Могу ли я начать отдавать вам приказы? Я не хочу притворяться, будто это нечто иное.

– Если хотите.

– Вы отправитесь со мной в двухмесячное путешествие на яхте. Отплываем через десять дней. Когда мы вернемся, вы будете вольны возвратиться к мужу – с контрактом на Стоунридж.

– Слушаюсь.

– Я хотел бы встретиться с вашим мужем. Не пообедаете ли вы оба со мной в понедельник?

– Да, если хотите.

Когда она поднялась, чтобы уйти, он спросил:

– Могу ли я сообщить вам разницу между вами и вашей статуей?

– Нет.

– Но я хочу. Есть что-то пугающее в одних и тех же элементах, использованных в двух композициях на противоположные темы. Все в этой статуе – тема восторга. Но ваша собственная тема – страдание.

– Страдание? Я не отдавала себе отчета в том, что выказала страдание.

– Вы – нет. Именно это я и имел в виду. Ни один счастливый человек не бывает настолько нечувствителен к боли.

Винанд позвонил своему галерейщику и попросил его устроить закрытую выставку работ Стивена Мэллори. Встречаться с Мэллори лично он отказался, так как никогда не встречался с людьми, творчество которых ему нравилось. Торговец весьма спешно выполнил заказ. Винанд купил пять вещей из того, что ему показали, и заплатил больше того, на что мог рассчитывать торговец.


Страницы


[ 1 | 2 | 3 | 4 | 5 | 6 | 7 | 8 | 9 | 10 | 11 | 12 | 13 | 14 | 15 | 16 | 17 | 18 | 19 | 20 | 21 | 22 | 23 | 24 | 25 | 26 | 27 | 28 | 29 | 30 | 31 | 32 | 33 | 34 | 35 | 36 | 37 | 38 | 39 | 40 | 41 | 42 | 43 | 44 | 45 ]

предыдущая                     целиком                     следующая