04 Dec 2016 Sun 04:54 - Москва Торонто - 03 Dec 2016 Sat 21:54   

В огромном большинстве все они в Первой мировой войне были рядовыми, унтерами, фельдфебелями или прапорщиками. Первая мировая война для них – это тупая беспросветная бойня, которая привела Россию к «похабному миру», капитуляции, национальному позору, всеобщему одичанию и озверению, распаду армии и государства, расправам пьяной солдатни над своими командирами. Да сами они этими расправами и заправляли, сами своих генералов на штыки поднимали…

А в Гражданской войне они из грязи поднялись прямо в князи – получили под командование батальоны, полки, бригады, дивизии, корпуса, армии и фронты. В ходе Гражданской войны они ощутили вкус безграничной и бесконтрольной власти. Они завершили войну победой. Они стали героями.

Теперь с трёх раз попытайтесь угадать, к какому типу войны тяготели красные командиры после того, как бури все отгремели. К той, окопной, которая завершается позорной капитуляцией с истреблением командиров озверевшей солдатнёй? Или к той победной, стремительной, с разгромом и разгоном воевод и атаманов? К той, которая завершается расправой над командирами или к той, которая возносит их, командиров, к вершинам власти и славы?

Жуков рассказывает, что после победного завершения Гражданской войны красные командиры так ничего и не поняли. Их всё так же тянуло в окопы, им нравилась война позиционная, которая ничем хорошим завершиться не может. Грядущую войну они видели только в свете опыта Первой мировой, а свой опыт победных маршей до черноморских портов, а потом ещё и до Тихого океана они тут же быстро и прочно забыли.

Но в данном вопросе, как и в ряде других, я Жукову не верю.

И другим не советую.

3

Вопрос о характере грядущей войны перед красными командирами не стоял. Выбора у них не было. Стратегия, как мы уже установили, – служанка политики. Политики ставят задачи, генералы ищут пути их решения. Вожди Советского Союза поставили перед красными командирами задачу, которая могла быть решена только сокрушительным наступлением, только рывком к океанам. Путь к Последней республике – это как путь Чингисхана к Последнему морю. Ни стоянием, ни сидением в траншеях такую задачу решить невозможно.

Серьёзные историки рассказывают доверчивым толпам о «социализме в одной стране», о том, что Сталин якобы отказался от идеи Мировой революции, что идея Последней республики была им отвергнута. Но кто бы, растолкуйте мне, позволил в 1937 году вольным поэтам слагать поэмы про «последний пограничный столб»? Кто бы разрешил Константину Симонову в 1939 году трубить о «последнем фашистском городе, в котором последний фашист поднимет руки перед танком, на котором будет красное, именно красное знамя»? Кто бы за такие сочинения обвешивал вольных поэтов Сталинскими премиями?

С одной стороны, социализм в одной стране, с другой – но мы ещё дойдём до Ганга!

Весьма серьёзные учёные, толкуя о сталинских замыслах, не удосужились ознакомиться с его трудами. По рассказам серьёзных, Сталин когда-то был революционером, но потом, ближе к войне, с революционного пути свернул.

Но вот вам орешек на разгрыз: «Для уничтожения опасности капиталистической интервенции необходимо уничтожить капиталистическое окружение, а уничтожить капиталистическое окружение возможно лишь в результате победоносной пролетарской революции по крайней мере в нескольких странах».

Это чеканная формула из великого творения товарища Сталина «История ВКП(б). Краткий курс» (М., 1938. С. 261 – 262). Вышла эта книга в конце 1938 года. Куда уж к войне ближе! И первый тираж – 1 000 000 экземпляров. Дальше пошли миллионы за миллионами.

Книга эта среди всех других книг была самой главной. Точно как товарищ Сталин стоял над всеми остальными товарищами, как бы ни были высоки их ранги, должности и заслуги. Глава про капиталистическое окружение в этой книге – заключительная и ключевая. Все предыдущие главы – великий пройденный путь, а в конце – что предстоит свершить.

4

Как же увязать социализм в одной стране и ликвидацию капиталистического окружения?

Очень даже просто: сначала победим в одной стране, затем в соседних, заменяя капиталистическое окружение социалистическим.

Не прошло и года после выхода этого величайшего творения марксистско-ленинской мысли, как товарищ Сталин приступил к выполнению плана ликвидации капокружения. В 1939 году он присоединил кусок Польши, обеспечил трудящимся счастливую жизнь. В том же году попытался ликвидировать окружение в Финляндии. Не вышло. Зато в следующем году уничтожил проклятый капитализм в Эстонии, Литве, Латвии, Бессарабии. Но вот беда: всё равно в окружении остались, теперь Германия соседом…

От своих идей Сталин не отказывался до конца жизни. Но и после смерти Сталина его идеи жили и побеждали. «Только с исчезновением империалистических государств исчезнут попытки военных интервенций и связанные с этим попытки реставрации капитализма. А капиталистическое окружение исчезнет только в результате социалистической революции во всех основных капиталистических странах» (Исторический материализм. Под общей редакцией Ф. В. Константинова. М., 1954. С. 267. Тираж 1 000 000 экз.).

Ситуация: в 1954 году вокруг Советского Союза – трудовая Корея, братский Китай, героический Вьетнам, народная Польша, первое социалистическое государство на немецкой земле, вставшие на путь социализма Чехословакия, Венгрия, Румыния, Болгария, Албания… А мы всё равно в окружении. И это окружение предстояло сокрушить во всех основных капиталистических странах. Иначе – никак. Пока в Калифорнии социализм не возведём, покоя нам не будет.

После Второй мировой войны, имея в союзниках Китай и десяток других стран, которые прикрывали Советский Союз почти со всех сторон, советские вожди всё же не могли спать спокойно. Каково же было товарищу Сталину перед войной, когда он был в одиночестве? Ясное дело, он готовил оборону страны, которую можно было обеспечить только распространением социализма на соседние страны, а это можно было сделать только наступлением.

Так что у красных командиров выбора не было: им предстояло только наступать, только нести на своих штыках счастье всем соседним народам. И выдумывать им ничего было не надо. Они ясно понимали, что главное в том, чтобы в начальном периоде войны, в самые первые её дни и часы не повторить сценария Первой мировой войны, т.е. не позволить противнику образовать сплошной фронт.

Для этого надо было иметь уже в самый первый момент войны мощную армию, готовую по первому сигналу перейти границу. И надо было иметь крупные подвижные соединения для того, чтобы вырваться из приграничных районов на простор, туда, где нет и не может быть неприступной обороны противника. Иными словами, задача заключалась в том, чтобы районы сражений стремительно отодвинуть как можно глубже в тыловые области вражеской страны, тем самым срывая его мобилизацию, нарушая стратегические перевозки, занимая районы, которые противник готовил для обороны, а заодно и его хранилища стратегических запасов, важные административные, промышленные и транспортные центры.

Однако советские стратеги не упускали из виду и вероятность того, что перед ними вдруг окажется мощная, заранее подготовленная оборона, как в Первой мировой войне, или даже сильнее – как на Перекопе в 1920 году. Потому все они были сторонниками очень мощной артиллерии. Надо сказать, что во всех странах мира перед Второй мировой войной роль артиллерии решительно недооценивалась. Исключением был Советский Союз, который вступил во Вторую мировую войну с самой мощной в мире как по количеству, так и по качеству артиллерией.

Наряду с работами по созданию мощной артиллерии, т.е. главного инструмента прорыва, велась интенсивная исследовательская работа по поиску способов, которые позволят взломать любую, даже теоретически непробиваемую, оборону.

5

Красные командиры по собственному опыту знали, что мощные кавалерийские соединения и объединения способны решать не только оперативные, но и иногда стратегические задачи. Боевое применение кавалерийских корпусов и конных армий в Гражданской войне показало умным людям дальнейшее, единственно возможное направление развития оперативного искусства и стратегии.

Конная армия Гражданской войны – это почти танковая армия Второй мировой войны. Между конными и танковыми массами, несмотря на все различия, общего гораздо больше: рывок в пролом в отрыве от своих тылов, соседей и медлительной пехотной массы, молниеносный бросок в глубину, стремление обойти сильную оборону стороной, побеждать не огнём, а движением. И главное – скорость: всё делать так быстро, чтобы противник постоянно опаздывал.

В Гражданской войне кавалерийские корпуса и конные армии были настоящим инструментом блицкрига. Термин этот тогда широко не был известен, но красные командиры использовали конные массы именно так, как потом использовали танковые массы: внезапно, массированно, на узких участках, стремительно и на максимальную глубину.

Кавалерийские командиры гораздо лучше своих пехотных коллег понимали значение внезапности, глубокого охвата и обхода, удара во фланг и тыл.

Характер действий кавалерийских дивизий, корпусов и конных армий в Гражданской войне, сам стиль мышления командиров этих подвижных формирований полностью соответствовали характеру действий механизированных корпусов и танковых армий Второй мировой войны: рейд по вражеским тылам, не обращая внимания на свои открытые фланги, не ввязываясь в затяжные бои, обхода очаги сопротивления решительным манёвром.

Вовсе не случайно, что лучшие командиры Второй мировой войны – родом из кавалерии. От кавалерийских корпусов и конных армий, насыщенных пулемётами, подвижной артиллерией, броневиками, бронепоездами и самолётами, полшага до мехкорпусов и танковых армий. Количество лошадей сократить, броневиков – добавить. А принципы боевого применения менять незачем. Они – те же.

* * *

В Красной Армии выходцы из кавалерии господствовали над выходцами из пехоты. Им не надо было объяснять, что только движение приносит победу. Они это знали, не заглядывая в учебники стратегии.

Среди кавалеристов были и дураки. А где их нет? Но нас приучали всех кавалеристов считать идиотами. И начинать с самого верха, с Ворошилова и Будённого. Однако Ворошилов и Будённый понимали манёвренную войну куда лучше, чем французские, британские, германские генералы, просидевшие всю Первую мировую войну в далёких от фронта штабах и опыта манёвренной войны не имевшие.

Глава 8. КТО ПРИДУМАЛ БЛИЦКРИГ?

Именно русские впервые выдвинули идею массирования подвижных соединений.

Генерал-полковник Ф. Гальдер,

начальник Генерального штаба сухопутных войск Германии.

Служебный дневник. Запись 23 июня 1941 года

Полная деморализация наших войск произошла и потому, что планы Сталина были планами народа. Во всяком случае – значительной его части…

Безнравственно-агрессивный комплекс народной души и вызвал то бессилие воли, которое на войне всегда приводит к поражениям, если кампания из «большой прогулки» превращается в изнурительное противоборство. Народ собирался воевать на территории врага, военачальники наши не меньше германских бредили блицкригом. А получилось всё не так весело… Неожиданная для войск и народа оборона обернулась тотальным отступлением на всём фронте.

А. Б. Зубов. «Континент», 1995. № 84

1

После войны недобитые гитлеровцы выдумали множество удивительных историй о войне. Среди них и такая: это мы, немецкие генералы, придумали блицкриг, а русские дурачки переняли нашу идею. Мол, обезьянам положено обезьянничать.

Рассказы о том, что идея блицкрига родилась в Германии, были подхвачены тысячами экспертов Великобритании, США, Франции. Немец для британца, американца, француза хотя и бывший враг, но всё же человек Запада, он – свой. Потому достижения немцев (но не их преступления) жители Западной Европы и Северной Америки считают собственными достижениями: мол, это мы, цивилизованные, блицкриг придумали, а невежественные Иваны способны только копировать.

Вот выступает один из самых мерзких и самый трусливый из гитлеровских вояк, генерал-фельдмаршал Э. фон Манштейн, рассказывает про Сталинградскую стратегическую наступательную операцию и про советские танковые корпуса, которые были введены в прорыв. Манштейн высоко оценивает действия сталинских танковых корпусов. И добавляет: этому русские научились у нас (Э. Манштейн. Утерянные победы. М., 1999. С. 357).

Удивительна не наглость тупого гитлеровского мерзавца, а реакция комментаторов. Я пролистал мемуары Манштейна на английском и французском языках: никаких замечаний к этому заявлению. Вышли мемуары Манштейна и на русском языке. В объяснениях, приложениях и дополнениях, которые подготовили российские историки, содержится больше интересной информации, чем в самом тексте Манштейна. Но вот Манштейн заявляет, что применять танковые корпуса Красная Армия научилась у немцев, и наши мудрейшие эксперты не возражают… Они с этим заявлением согласны. Российские серьёзные историки (и не только историки), слушая такие речи, покорно головами кивают.

А вот не молчаливое согласие, а активная защита стратегической мудрости гитлеровцев: «Мощные танковые клинья в сочетании с массированными ударами авиации… эти приёмы относились к числу бесспорных новаций, о чём следует сказать прямо, без увёрток». Это некто Григорий Аксельрод поёт хвалу гитлеризму («Российская газета», 7 августа 1995 г.).

Вот такую же песнь Гитлеру и его стратегам исполняет некто Иосиф Косинский: «В отличие от советских концепций (если они вообще существовали) гитлеровский блицкриг был не только разработан на бумаге, но и реализован на полях сражений в Польше, Франции, Норвегии» («Новое русское слово», 26 июня 1989 г.).

Некий гитлеровский прихвостень по имени Карем Раш исходит слюной: «Справедливости ради напомним, что перед войной во всём мире правильно использовать в битвах танк умели только немцы» («Красная звезда», 31 июля 1999 г.).

За такие откровения этого самого Раша и в «Красной звезде», и в «Военно-историческом журнале» ужас как любят. «Красная звезда» ему развороты сдаёт в аренду: ну-ка ещё какую-нибудь гадость расскажи об этих русских идиотах.

Таких выступлений мы найдём во множестве как в российских газетах, так и в зарубежных.

2

Ради того, чтобы вопрос о копировании прояснить, обратимся к фактам.

У красных командиров был опыт манёвренной войны на необозримых пространствах. Они воевали в такой войне с начала 1918 года по конец 1920-го. В Сибири, в Средней Азии, на Дальнем Востоке война продолжалась и после этого.

У германских офицеров и генералов до начала Второй мировой войны опыта манёвренной войны не было.

В ходе Гражданской войны в Красной Армии были созданы мощные подвижные соединения и объединения: кавалерийские дивизии, конные корпуса и армии, принципы боевого использования которых практически ничем не отличались от принципов правильного использования механизированных корпусов и танковых армий во Второй мировой войне.

Таких подвижных соединений в Германии не было. Соответственно не было и опыта их использования.

В 1926 году в Советском Союзе была опубликована книга Владимира Триандафиллова «Размах операций современных армий». Вслед за этим Триандафиллов опубликовал книгу «Характер операций современных армий».

Эти книги легли в основу теории Глубокой операции, суть которой заключалась в одновременном подавлении обороны противника средствами поражения на всю глубину, в прорыве на избранном направлении с последующим стремительным развитием тактического успеха в оперативный путём высадки воздушных десантов и ввода в сражение ЭРП (эшелона развития прорыва), т.е. мощной подвижной группы, основу которой составляют танки.

В книгах Триандафиллова уже тогда содержалась вся грядущая мудрость выдающихся стратегических наступательных операций: Сталинградской, Львовско-Сандомирской, Белорусской, Ясско-Кишинёвской, Висло-Одерской, Маньчжурской.

Триандафиллов был не только великим военным теоретиком, он занимал должности начальника оперативного управления штаба РККА и заместителя начальника штаба РККА. Его книги – это не упражнения кабинетного мыслителя, а фундаментальные исследования командира, который лично отвечал за поиск перспективных направлений развития Красной Армии, за планы её боевого использования в будущих войнах.

Ничего подобного, равного, отдалённо схожего с работами Триандафиллова не появилось в Германии и ни в какой другой стране ни в то время, ни позже.

В 1929 году на учениях Белорусского военного округа в присутствии иностранных военных атташе, в том числе и германского, впервые в мировой практике был проверен принцип массированного использования танков для нанесения стремительного удара в глубину после прорыва обороны противника. Учениями руководили К. Е. Ворошилов, Б. М. Шапошников, В. К. Триандафиллов.

В то время в Германии не было ни теории боевого применения танков, ни самих танков. Ни одного.

Со времён Хрущёва принято к достижениям Триандафиллова пристёгивать ещё и Тухачевского в качестве то ли покровителя, то ли консультанта, то ли соавтора теории Глубокой операции. Однако книги Триандафиллова – это идейный разгром Тухачевского и его дивных фантазий. Книги Триандафиллова были написаны в качестве «нашего ответа Тухачевскому». И гибель Триандафиллова в странной авиакатастрофе многими современниками расценивалась как месть Тухачевского. До сих пор эта катастрофа ложится тенью на биографию «звезды в плеяде».

2 августа 1930 года на учениях Московского военного округа был впервые в мировой практике высажен парашютный десант для решения боевой задачи в тылу условного противника. Этот день считается днём рождения ВДВ и началом их бурного развития. Ни в Германии, ни в других странах мира в то время воздушно-десантных войск не было.

Так кто же кого копировал?

20 апреля 1932 года начальник штаба РККА будущий Маршал Советского Союза А. И. Егоров представил Революционному военному совету СССР (РВС) доклад «Тактика и оперативное искусство РККА на новом этапе». Хотя в названии говорится только о тактике и оперативном искусстве, в докладе были затронуты и фундаментальные вопросы стратегии. Тот, кому интересно, должен прочитать доклад полностью. Я же, дабы не делать свою книгу тоскливой и нечитаемой, ограничусь только минимумом цитат из этого эпохального документа:

«Крупные мотомехчасти во взаимодействии с конными массами и авиацией, поддержанные в первые дни пограничных сражений пехотными частями, врываются на территорию противника. Основные цели групп вторжения:

а) уничтожение частей прикрытия;

б) срыв в приграничных районах мобилизации и новых формирований;

в) захват и уничтожение образованных запасов противника на ведение войны и удержание оперативного значения районов, указанных в задаче как одна из основных целей глубокого вторжения на территорию противника. <…>

При организации операции, при нацеливании войск нужно стремиться, чтобы в конце первых или в крайнем случае в начале вторых суток операции была бы атакована наземными войсками такая глубина оперативного расположения противника, преодоление которой приводило бы к полному взлому неприятельского фронта. <…>

Глубина проникновения в первые сутки до 80 – 100 км».

Как видим, основная идея – внезапное нападение на противника, который не завершил мобилизацию и к отражению вторжения не готов. Никакой раскачки, никакого выжидания – полный взлом неприятельского фронта и рывок 80 – 100 километров группами вторжения по вражьей земле в первый день войны!

20 апреля 1932 года, когда начальник штаба РККА делал доклад членам РВС СССР, Адольф Гитлер праздновал день своего рождения. То был невесёлый день. Ибо 1932 год был для Гитлера годом сплошных провалов и жестоких поражений. С каждым днём дела шли всё хуже и хуже. 6 декабря 1932 года Геббельс записал в своём дневнике: «В организации царит тяжёлая депрессия. Мы все очень подавлены, прежде всего из-за опасности развала партии».

Армия Германии в том году была совсем крошечной. Резервистов и вовсе не было. В случае войны некого было призывать. О таких прорывах в первый день войны германские генералы даже и не мечтали. Не было у них в то время ни танков, ни авиации, ни тяжёлой артиллерии… Да и пехоты с кавалерией тоже много не набиралось.

Прочитаем ещё раз несколько предложений из доклада начальника штаба РККА А. И. Егорова от 20 апреля 1932 года и задумаемся. Что-то уж больно тут всё знакомо. Где же мы эту картину уже видели? Ах да. 22 июня 1941 года…

Уберите из документа имя начальника штаба РККА, после этого весь текст без изменений можно использовать для описания того, что случилось на советских западных границах в одно прекрасное летнее утро.

Красные командиры затевали против Европы именно то, что Гитлер совершил против них в 1941 году.

Красные командиры планировали такие действия в годы, когда Великобритания была занята сохранением своих заморских и заокеанских владений, и на это были ориентированы её вооружённые силы. Франция тогда придерживалась исключительно оборонительной стратегии. А в Германии Гитлер ещё не пришёл к власти. Да уже и не надеялся.

3

В феврале 1933 года штабом РККА были разосланы в войска как официальное руководство «Временные указания по организации глубокого боя».

В сентябре 1935 года были проведены учения, вошедшие в историю Красной Армии под названием Больших Киевских манёвров. С двух сторон участвовали 65 000 бойцов и командиров, 1 012 танков, 608 самолётов, 305 орудий. Об этих манёврах снят документальный фильм «Сражение за Киев». В ходе манёвров отрабатывался прорыв обороны стрелковым корпусом, усиленным танками непосредственной поддержки пехоты (НПП) и артиллерией РГК. Оборона условного противника была взломана, в прорыв введена подвижная группа, в составе которой было 754 танка. Удар наносился на глубину более 230 километров. Впервые в мировой практике был выброшен воздушный десант, в составе которого теперь уже не взвод, не рота и даже не батальон, но целый парашютный полк (1 188 человек), и высажен посадочный десант в составе двух полков с артиллерией и лёгкими танками.

Теория Триандафиллова была проверена на практике. Войска и штабы получили опыт проведения Глубокой операции.

В сентябре 1936 года были проведены учения Белорусского военного округа, в ходе которых войска не только прорывали оборону противника и наносили удар в глубину, но и форсировали крупную водную преграду – реку Березину. В учениях с двух сторон участвовало 71 000 бойцов и командиров, 1 320 танков с соответствующим количеством артиллерии и авиации. В ходе манёвров был совершён 200-километровый марш танковой бригады (310 танков), выброшен парашютный десант (1 808 человек) и высажен посадочный десант (5 700 человек) с артиллерией и танками.

Подобные учения проводились в Московском, Приволжском, Ленинградском и других военных округах.

А вот как обстояли дела в Германии.

«На последних предвоенных командно-штабных учениях, состоявшихся весной 1939 г. под руководством начальника Генерального штаба сухопутных сил, был впервые проработан вопрос о массированном применении на поле боя моторизованных дивизий и корпусов. Осенью 1939 года должны были состояться под руководством начальника подвижных войск крупные осенние полевые учения моторизованных соединений…» (Б. Мюллер-Гиллебрандт. Сухопутные войска Германии. М., 1957. Т. 1. С. 157).

Объясняю, что такое командно-штабные учения (КШУ). Командиры и штабы выезжают в поле и ведут сражение, командуя воображаемыми войсками: вон туда я двину дивизию, туда – другую. Но войск нет. Учебная пасека без пчёл. Крупные КШУ хороши тем, что их можно проводить как весной, так и летом: учимся управлять войсками, однако войска полей не топчут. А вот после сбора урожая, когда грачи улетели, лес обнажился и поля опустели, можно порезвиться на просторе и с настоящими войсками.

Первые манёвры с крупными соединениями подвижных войск в Германии были запланированы на осень 1939 года, но помешала война.

Так вот, в Германии теоретически на картах действия крупных механизированных соединений впервые отрабатывались весной 1939 года.

С настоящими войсками – никогда.

Я не раз заявлял, что Германия вступила во Вторую мировую войну без подготовки. Не примите за перехлёст. Вот вам доказательство.

В августе 1939 года в степях Монголии соединения Красной Армии осуществили молниеносный разгром 6-й японской армии: внезапный сокрушительный огонь артиллерии, удар авиации, пехота с танками непосредственной поддержки, следуя за огневым валом, взламывает оборону, и мощные подвижные группы быстроходных танков устремляются в глубину.

Граждане владельцы «Родины», «Российской газеты», «Красной звезды», вы считаете народы Советского Союза недоумками, которые способны только на то, чтобы подобно обезьянам перенимать чужой опыт. Объясните же не мне, а своим читателям: как же в августе 1939 года красные обезьяны ухитрились скопировать опыт высшей расы, если в Германии первые учения с мощными танковыми соединениями планировалось провести только в сентябре и октябре 1939 года? Если эти манёвры замышлялись, но так никогда и не состоялись.

4

На основе опыта учений и манёвров Киевского, Белорусского и других округов в 1936 году был принят Временный полевой устав РККА (ПУ-36). Глубокая операция – суть и основное содержание этого устава.


Страницы


[ 1 | 2 | 3 | 4 | 5 | 6 | 7 | 8 | 9 | 10 | 11 | 12 | 13 | 14 | 15 | 16 | 17 | 18 | 19 | 20 | 21 | 22 | 23 | 24 | 25 | 26 | 27 | 28 | 29 | 30 | 31 | 32 | 33 ]

предыдущая                     целиком                     следующая

Библиотека интересного

Виктор Суворов    Последняя республика     Последняя республика 2     Последняя республика 3     Тень победы     Беру свои слова обратно     Ледокол     Очищение     Аквариум     День М     Освободитель     Самоубийство     Контроль     Выбор     Спецназ     Змееед     Против всех. Первая книга трилогии «Хроника Великого десятилетия»     Облом. Вторая книга трилогии «Хроника Великого десятилетия»     Кузькина мать. Третья книга трилогии «Хроника Великого десятилетия» Варлам Шаламов Евгения Гинзбург Василий Аксенов Юрий Орлов Лев Разгон Владимир Буковский Михаил Шрейдер Олег Алкаев Анна Политковская Иван Солоневич Георгий Владимов Леонид Владимиров Леонид Кербер Марк Солонин Владимир Суравикин Александр Никонов Алекс Гольдфарб Ли Куан Ю Айн Рэнд Леонид Самутин Александр Подрабинек Юрий Фельштинский Эшли Вэнс

Библиотека эзотерики